Росская империя - Белый крейсер. Возвращение императора. Последняя битва

Но это было еще не все…

– Да здравствует император! – внезапно раздался в канале общей связи чей-то голос. Бортовой компьютер беспощадно засвидетельствовал, что передача шла с одного из пиратских кораблей.

– Ой, мама… – с трудом выдавил Ленни. – Ой, й-йо…

Он попытался выругаться, но не смог, дыхание перехватило. Это что же творится? Пираты славят императора?! Они что, очумели?!

В эфире поднялся бедлам. Запросы от кораблей к командующему конвоем сыпались горохом, а тот, судя по всему, пребывал в такой же растерянности, как и остальные. Однако в конце концов он рявкнул, заставив всех замолчать и приказал вернуться к походному строю, пробурчав, что пусть император разбирается, а их, в случае необходимости, уведомят.

До Нагоя конвой дошел спокойно. После чего ларатские корабли, едва заправившись, без промедления отправились домой на форсаже – известия были слишком важны. Через двадцать шесть часов «Адмирал Лобов» пристыковался к пограничной базе, к которой был приписан принц.

Выспавшийся за время дороги Ленни бросился к своему компьютеру, сгорая от любопытства – на базу прибыли оба заместителя Тоцкого вместе с другими адмиралами. Явно совещаться будут. И их разговор нужно подслушать, ведь это совсем просто! Он предвкушающе потер руки и ввел коды доступа. Естественно, втихую спертые из личного компа Тоцкого – иначе кто бы ему их предоставил? Вскоре на экране появилось изображение небольшой кают-компании, в которой собрались шесть высших офицеров.

– И что вы думаете по поводу случившегося? – спросил у командующего авианосцем контр-адмирала Лохвина Баргиевский.

– А что я могу думать? – развел руками тот. – Чушь какая-то! Пираты не тронули богатейший за последние годы конвой. И мало того, что не тронули, так еще и восславили императора!

– Ничего не понимаю… – растерянно покачал головой адмирал Форзин. – Может они испугались?

– При пятикратном численном преимуществе? Сомнительно.

– Тогда что же произошло?..

– Никто не знает, – глава флотской разведки сжал губы. – Возможно, они уже в курсе, что Ларат и Синтар вошли в состав Империи, и не хотят раздражать императора, понимая, чем это для них кончится.

– Может быть, но я в это не верю, – отмахнулся Баргиевский. – Пираты – парни отчаянные, вы все это знаете.

– Отчаянные-то они отчаянные, но жить все равно хотят, – возразил Форзин.

Внезапно раздался какой-то странный звук. Главный аналитик флота, полковник Швертич, встрепанный и помятый, как всегда, гнусно захихикал.

– Ты что-то понял, Михась? – уставился на него Баргиевский.

– Да вот, представил, что фаргосцы попросились в Империю… – продолжал хихикать тот.

– Не смеши мои аксельбанты! – отмахнулся заместитель командующего.

– Все может быть… – хитро ухмыльнулся аналитик.