Росская империя - Белый крейсер. Возвращение императора. Последняя битва

Искин, ты фиксируешь?

— Да, мой капитан! — без промедления отозвался тот.

— Кстати, а почему ты называешь меня не просто "капитан", а "мой капитан"? — поинтересовался Алексей.

— Это моя привилегия, — пояснил искин. — Так принято испокон веков. Еще право таким образом называть императора имеют его личные вассалы, которых обычно не более двадцати-тридцати. Любой другой, если осмелится, отправляется прямиком на плаху.

— А можно мне пилотом? — встал Сергей Перков. — Всегда летать мечтал, да не получилось выучиться…

— Отчего же нет? — пристально посмотрел на него Алексей. — Раз хочешь, значит будешь. Виктор, как самый знающий, назначаешься первым помощником.

— Остается главный канонир, — капитан перевел взгляд на Ашота. — Кандидатура одна. Берешься?

— А куда я денусь? — проворчал армянин. — Еще б знать, что тут за пушки…

— Необходимая информация в данный момент находится в инфохранилище ментоцентра, — сообщил искин. — После отдыха члены экипажа смогут загрузить ее себе в память. До отдыха делать этого не рекомендуется — очень большая нагрузка на мозг.

— Ясно, — встал Алексей. — Тогда всем спать. Искин, прошу обеспечить место для сна.

— Каюты высшего командного состава находятся напротив столовой, — отозвался тот. — Они подготовлены для проживания людей.

Ничего не сказав, капитан двинулся к выходу, остальные потянулись за ним, негромко переговариваясь — слишком много оказалось впечатлений для одного дня, никто не знал, что и думать. Напротив столовой действительно располагались десятка два круглых дверей, скорее даже люков, на каждом было что-то написано по-росски. Однако на семи ближайших дверях надписи оказались русскими.

— О, ты гля… — остановился возле одной двери Мыкола. — Мое имъя напысано… А як вийты?

— Приложите руку к сенсору в виде ладони, господин главный инженер, — проинформировал искин. — Кроме вас, в каюту не сможет войти без приглашения ни один человек. Кроме, естественно, капитана — он имеет полный доступ в любой отсек крейсера.

— Зрозумив, — кивнул сержант, прикладывая руку к сенсору.

Дверь стала прозрачной, а затем исчезла. Мыкола вошел внутрь, но долго там не пробыл, вывалившись обратно в коридор. С совершенно круглыми глазами.

— Щоб я сдох! — выдохнул он. — Ну чисто тоби панськи хоромы!

— Ничего, — рассмеялся Алексей. — Надо же когда-нибудь и простым людям в таких отдыхать. Привыкай. Ты теперь главный инженер, а не сержант.

— Воно-то так, — почесал в затылке украинец. — Тилькы… Добре, пишов я тоди спаты. Зовсим очи злыпаються.

Остальные тоже не стали терять времени, найдя свои каюты. Из открытых дверей вскоре послышались изумленные возгласы. Только Виктор промолчал, чему Алексей ничуть не удивился — страннику, наверное, такое не в диковинку.