Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ)

— И тогда ты понял, что можешь становиться человеком? — уточнил Аверин.

И Кузя подтвердил его догадку:

— Прямо в лодке и понял. Думал, лететь придется, а лодку бросить. Этого достаточно было, половина деревни видела, как колдун в лодку с собакой садился. А там течение. Но, увидев, что у меня руки, и рассмотрев отражение в воде, я подогнал лодку поближе к порогам и только тогда улетел. Так еще лучше вышло.

— Да уж… — задумчиво проговорил Аверин, — очень заметно, что животных и своих соплеменников ты жалеешь больше, чем людей…

— Вот и нет! — возмущённо воскликнул Кузя. — Это был плохой человек! Вы бы видели, как Анна Сомова убивалась по Розетте! Каждый вечер выходила на крыльцо, ждала. Везде объявления висели: «кто увидит, тому награда» или что-то в этом роде. С фото. А вызывать бедных дивов, покупать несчастных добрых собак, чтобы кормить ими своего охранника чисто ради красивой внешности, это не подло, по-вашему?

— Ты тоже съел собаку ради внешности и, скорее всего, не одну.

Кузя опустил голову:

— Одну… Я быстро перенимаю личины. Но всё равно это был плохой поступок, да. Но ничего лучше я не смог придумать. А этот… он мог хотя бы лошадь на скотобойне купить, раз так надо было. Но нет, выбрал любимую лошадь дочери. Он был плохим человеком, — настойчиво повторил див.

— Любимую лошадь он выбрал не случайно, — пояснил Аверин, — в такой жертве гораздо больше силы из-за привязанности хозяйки. Так значит, ты считаешь, что убивать плохих людей можно?

Кузя кивнул.

— И Даниила ты убил, потому что он был плохой?

Кузя довольно долго не отвечал. Потом негромко проговорил:

— Ага.

Оба замолчали.

Кузя задвигал ногами и подполз поближе. И заглянул Аверину в глаза:

— Его нельзя жалеть. Он был чудовищем. У него мечта была — научиться делать чучела из людей.

Аверин ничего не ответил. У этого дива, получается, есть мораль. Немного странная и перекошенная, но выглядит вполне человеческой. Сам ли он до этого дошел? Или кто-то научил его такому мировосприятию? Анастасия? Нет, он держал от нее в секрете свою расправу над Даниилом.

— И ты специально заманил его в ловушку? Дал себя поймать? — Аверин наконец нарушил молчание.

— Ну… не совсем. Если честно, не собирался я его убивать. Думал припугнуть просто. Алеша мне рассказал, как эта гадина убила его зверей почти у него на глазах. А тут я сижу, а он идет и глаз с меня не сводит. Ну я и давай ему попадаться везде. И его прислужникам. Один из них меня поймал и ему прямо домой принес. Уродец и не выдержал. Я же говорю: я его напугать хотел, проучить. Но когда меня принесли в это место… я уже не помнил себя от ярости. Там чувствовалось столько крови и боли. Поэтому за Даниила Синицына мне ни капельки не стыдно.