Роскошная хищница, или Сожженные мосты

 – она замялась, и Хохол сразу заполнил паузу, расставляя все точки:

– Замуж выскочила Ветка твоя, теперь только дома ночует. И вообще – нет ее сейчас в городе, они с Бесом в загранку уехали.

– Почему – с Бесом? – не понял Колька, и Марина объяснила:

– Коль... она за Беса замуж вышла.

Лицо племянника помрачнело, глаза потухли. Он сгорбился, как от удара, и пошел в кухню. Марина и Хохол задержались в прихожей, и пока Женька снимал куртку и убирал ее в шкаф, Коваль успела разозлиться на подругу.

– Сука... – пробормотала она. – Я б ее своими руками придушила!

– Прекрати! – велел Хохол, чуть подталкивая ее в сторону кухни. – Он не маленький, справится. Что – первая баба в его жизни? И даже не вторая, и не последняя, так что переживет. Это тоже опыт."

"В душе она была совершенно согласна с любовником, однако дело касалось не постороннего человека, а родного племянника, за которого Марина чувствовала ответственность. Конечно, молодой видный парень с такими возможностями не потеряется в жизни и женщин у него будет столько, сколько он захочет сам, но Ветка оказалась его первым сильным и страстным увлечением, и боль от ее потери могла толкнуть Николая на что угодно.

– Лишь бы глупостей не наделал... – вздохнула Марина.

– Не бери на себя чужое! – отрезал Женька. – Что за манера?

– Жень, пока он рядом со мной, я за него отвечаю, ты понимаешь?

– Перед кем? Перед разжалованным ментом?

– Я сказала – хватит! – резко бросила Коваль, останавливаясь и глядя Хохлу в глаза.

– Молчу. Но Кольку не трогай!

Николай пробыл у них до вечера, непринужденно болтал с Мышкой, играл с Егором в мячик. Но Марина, внимательно наблюдавшая за племянником, видела, что он с трудом удерживает в себе разрывающую душу боль. Все-таки Ветку он любил, как ни крути, и известие о ее замужестве выбило его из колеи. Коваль хотела поговорить с ним, но, едва только открыла рот, как Хохол, сидевший рядом с ее креслом на полу, сжал пальцы здоровой руки, которые перед этим поглаживал, и ей пришлось расстаться со своей идеей. Она понимала, что, возможно, Женька прав, не давая ей завести вновь разговор о ведьме, – зачем? В конце концов, Николай взрослый, самостоятельный парень, воспитывать его уже как-то неловко. Марина зевнула, и Хохол вскинулся, предложив ей идти спать, но она отказалась.

Николай тоже засобирался, решил ехать в «Рощу», и Марина отправила с ним двух комбаровских парней, велев им там и остаться:

– Головой отвечаете.

– Мне охрана не нужна, – попробовал возразить племянник, но, наткнувшись на предостерегающий взгляд тетки, замолчал.

Они уехали, а Марина, позвав из детской Егорку, допоздна возилась с ним, читала книжку, потом кормила мальчика ужином.