Ромовая бабочка

Сама, даже не глядя в стороны, продолжала сидеть на тренажёре и энергично прокачивать внутренние мышцы бедра путём отведения и сведения ног. Вес груза я выставила большеватый для уже часовых занятий, но рядом с источником подзарядки моей нервозности силы воспарили.

Мужчина вышел из-за моей спины, вставая теперь сбоку. Одну руку Роман положил сзади меня на спинку сиденья, а второй перехватил моё бедро, прочно фиксируя на отведении.

Резко вскинула голову, одаряя помеху моей тренировки испепеляющим взглядом. Кожу под его ладонью обжигало даже через ткань леггинсов, а его лицо в двадцати сантиметрах от моего наталкивало на пошлые мысли.

– Лиска, ты переходишь границы! – угрожающе прорычал снобик.

– Если кто их и перешёл, так это ты сегодняшним утром, когда отменил бронь моего номера.

Дыхание и так было сорвано физическими усилиями, а сейчас вообще каждый вдох был рваным. Меня бесила одна только мысль о его самоуправстве, а теперь при наличии объекта этих эмоций в свободной доступности хотелось придушить этот объект… или поцеловать.

– На хрен тебе номер?! Если ты живёшь в моём. Для твоих чемоданов?!

– Ой! Посмотрите, а у нас тут кто-то сквернословит. Немедленно рот с мылом помой, а то заболеешь ещё, – съехидничала я, уже собираясь отвернуться и продолжить тренировку.

– Я уже заболел, заразился от тебя лисьим бешенством, – пробурчал ново выявленный пациент, хватая мою косу своей лапой, что упиралась в спинку сиденья.

В следующую секунду, намотав волосы на кулак, он запрокинул мою голову и ещё для убедительности зафиксировал мой затылок. Открыла рот, чтобы высказать всё, что я думаю о его методах любовных ласк. Вот только эта Ромашка общипанная разговоры вести не собиралась!

Поцелуй был злым. Без лишней нежности мои губы смяли, а его язык проник в рот, не позволяя руководить и даже пискнуть в знак протеста. Я в очередной раз удивилась, как в таком педантичном снобе уживается такой сексуальный зверюга.

При всей нашей обоюдной агрессии меня затягивало в омут желания. Даже болезненность кожи головы, где волосы были сильно натянуты, отошла на второй план. Я уже и сама вцепилась одной рукой в ворот его рубашки то ли желая оттолкнуть, то ли притянуть ещё ближе. Так и не разобравшись в своих мотивах, я просто смяла ткань в кулаке, удерживая так своё равновесие.

Мужская ладонь с бедра поднималась выше, пока не оказалась на полоске голой кожи живота и рёбрах между штанами и топом. Юркие пальцы скользнули под резинку спортивного бра, продолжая сжимать меня. Мне стало казаться, что Рома меня сейчас так и поднимет вверх, зажав между своими руками.

От него приятно и незнакомо пахло смесью качественного алкоголя и уже ставшим привычным запахом парфюма и кожи.