Ромовая бабочка

Ну, да! Шестая по счёту…прямо задница горит, как она нужна. Пятая скучает в гараже без пары.

Было ясно, что ничего не ясно! После совещания мы с Михаилом решили, что единственный, кто может пролить хоть немного света на эту темную историю, это специалист по финальной сборке эксклюзивных автомобилей.

Рыжков Василий Петрович, мастер от Бога, с высшим инженерным образованием, долгое время служил на флоте, потом после получения травмы во время аварии в техническом корпусе корабля был списан. В то же время попал в Индию в поисках лечения своего травмированного колена, чтобы вскоре вернуться к любимой службе. С лечением, по всей видимости, не вышло, Василий и по сей день прихрамывает. На автоконцерн попал давно и всегда отлично работал – ни пропусков, ни больничных, ни нарушений правил внутреннего распорядка. Больше в его личном деле информации не было.

– Я честно даже не могу предположить смысл этих махинаций, а самое главное – неподчинения положительного со всех сторон сотрудника, – посетовал раздражённо я.

Мы с Аксеновым сидели в моём кабинете, как в бункере, без права выхода и в обнимку с бумагами.

– На ум приходят мысли о транспортировке наркотиков или ещё чего-то.

Посмотрел в сторону зама, который угрюмо чиркал листок бумаги.

– Машины проходят серьезную проверку на таможне с полной разборкой и собаками.

Мы оба об этом знали. Да и вообще, использовать такие дорогие тачки и такие сложности для ввоза нелегала было накладно. Слишком большой риск, к тому же уже давно были выведены другие пути поставок.

– Если сейчас отдадим машину, то следующая возможность, разобраться в этом дерьме, появится только через месяц.

Михаил был прав.

– Это какая-то чертовщина! Особенно если мы сейчас поднимем шум, а это окажется какой- то придурок с шизофреническими наклонностями или чокнутый миллионер, покупающий каждой новой любовнице по машине.

– Типа у него график. Каждый месяц свежее тело, иначе у него не встаёт, – с усмешкой поддержал меня Аксенов, нервно отбрасывая ручку в сторону.

Та прокатилась по столу и упала на пол. Мы смотрели на канцелярский предмет, пытаясь найти хоть одну здравую мысль в сложившейся ситуации.

Так что от щелчка открывающейся двери вздрогнули оба. Я попросил нас не беспокоить, если это не пожар или землетрясение.

В узкую щель проснулась виноватое, даже малость испуганное лицо моей секретарши.

– Простите, Роман Николаевич! Но вас там требуют.

– Кто?! – нахмурившись, уточнил я.

Главного у нас могут требовать только налоговая и ещё парочка столь же «замечательных» для бизнесмена инстанций.

– Волконская …

Договорить бедной женщине не дала та самая дверь моего кабинета, которая резко открылась во всю свою ширь.