Ромео с большой дороги

Как же мне расспросить ее, чтобы не вызвать подозрений и не спугнуть? Очень сложная задача!

Может, представиться детективщицей? Вот здорово придумала! Я назовусь Татьяной Устиновой, прикинусь звездой, которая ваяет роман о… скажем, об инкассаторах…

Впереди вспыхнул красный глаз светофора. Нога автоматически нажала на тормоз. Не пойдет! Вдруг Кулькина увлекается криминальными романами и видела фото Устиновой на обложках? Если честно, я похожа на любимую народом писательницу, как грелка на табуретку. Ну ничего общего между нами нет!

Назваться ученой, собирающей материал для диссертации? Социальным работником, который ходит по домам, волнуясь о пенсионерах, проверяет, не нужна ли кому из стариков помощь? Нет, в подобное не поверит ни одна душа.

Так и не придумав ничего достойного, я добралась до нужного дома и безо всяких препятствий вошла в подъезд. Домофона тут не имелось, в лифте омерзительно воняло, а на лестничной клетке, около квартиры Кулькиной, громоздились полуразломанные ящики.

Не успела я поднести руку к звонку, как створка распахнулась и на площадку выскочила девочка-подросток, по возрасту чуть младше Маши, вся размалеванная дешевой косметикой и обвешанная цепочками из эрзац-золота.

Тут только до меня дошло: у Кулькиной имеется ребенок, Алевтина живет не одна."

"– Вам кого? – удивилась девчонка и мерно задвигала челюстями.

– Скажи, солнышко, – нежно спросила я, – бабушка дома?

– Чья? – еще больше изумилась школьница.

– Твоя.

– Моя?

– Да-да.

– Она померла, – достаточно равнодушно сообщил подросток. – Уж полгода прошло.

– Вот беда! – совершенно искренно воскликнула я.

– Кому как, – засмеялась «добрая» внучка. – Слава богу, избавились! Такая противная, ваще! Прикиньте, она палкой дралась, посуду об пол била, горшок разливала. Ко мне подруги зайти боялись – бабка из комнаты выходила и ну орать, да все матом. Еле дождались, пока сдохла!

Я растерянно смотрела на девочку.

– А зачем она вам? – проявила та любопытство.

– Долго объяснять, – вздохнула я. – Хотела поговорить с Алевтиной.

– С кем? – выплюнула на пол жвачку девочка.

– С твоей бабушкой, Алевтиной Кулькиной.

Школьница захихикала.

– Ну и дурацкая фамилия. Не, мою бабку звали Татьяна Гавриловна.

– Значит, Алевтина Кулькина жива! – воспряла я духом.

Подросток ухмыльнулся:

– Фиг ее знает, я про такую не слышала.

– Ты живешь в сорок пятой квартире?

– И че?

– Дом семь?

– Ну!

– Корпус два?

– Верно.

– Но по этому адресу должна находиться Алевтина Кулькина!

Девочка вытащила из кармана леденец, запихнула его за щеку и, перекатывая языком конфетку, прошепелявила:

– Ошиблись! Тут мы с мамой живем. А бабка померла, но она не Алевтина, и никаких Шмулькиных у нас нет.

– Кулькиных, – машинально поправила я.