Ромашка (СИ)

 — Миай, дай встать! И что за привычка, уваливаться в моей кровати?!

И опять все повторилось: захват, бросок и не особо мягкое приземление на пол. В этот раз оборотень даже не соизволил открыть глаза. Молча раскинулся на всю кровать и принялся дальше сопеть.

Нила откровенно позавидовала нахалу. После довольно бурного и продолжительного веселья в таверне с ребятами, неимоверно хотелось плюнуть на все и забраться обратно под одеяло. Даже если бы пришлось спальное место отвоевывать силой. Но часы на стене мерно отсчитывали секунды, подтверждая показания внутреннего будильника, — за окном позднее утро, а за всеми покупками лучше успеть еще до обеда.

Сборы заняли больше времени, чем обычно. Сонные и непослушные конечности вяло двигались, заплетались и ленились совершать хоть какие-то действия.

С горем пополам умывшись, причесавшись и собрав все флаконы для Тулиары в большую сумку, Нила, наконец, покинула общежитие.

Тулиара сосредоточенно перебирала склянки на полке с надписью «исцеляющая косметика» и с негодованием высказывала:

— Ты представляешь, поставщик растирок от суставных болей пытался всучить фальшивки. На каждые три лечебные мази одна основа. — Магесса обернулась к Ниле и состроила скорбную мину. — И как я без тебя буду, не представляю. Эксклюзивы, конечно, сама, но зелья широкого потребления… — Она покачала головой.

— Тулиара, можно подумать, что я одна студент-лекарь на весь город. Слушай… А давай я в лечебнице у Стефа спрошу, кажется, у него сестренка тоже целитель, вдруг сработаетесь?

— Нила, ты — прелесть. — Тулиара послала девушке воздушный поцелуй и подошла к прилавку.

Звякнул сейф при кассе и послышался звон монет.

— Так, один золотой и два десятка медяков. — К Ниле ухоженной рукой пододвинули монеты. — Очень прошу, ты как приедешь обратно, зайди.

Внезапно девушка заметила, что у магессы в глазах блестят слезы. Ничего не говоря, но откровенно всхлипывая, Тулиара вышла из-за прилавка и порывисто обняла Нилу.

— Ты только не ищи себе приключений на задницу, хорошо? Тихонечко отработай эти несчастные три месяца и возвращайся. И будь осторожна со своим сильфом, там граница, мало ли… А теперь иди…

Тулиара буквально вытолкала опешившую девушку из магазина. И Нила только возле фонтана начала приходить в себя. «Получается, я не только Соне не безразлична, но еще и Тулиаре?».

Девушка недоумевала, отношения с магессой строились исключительно на взаимовыгоде, слезы и напутствия оказались совершенно неожиданными, но приятными. На душе стало тепло, в уголках глаз появилась запоздалая влага. Как хорошо, когда ты кому-то нужен, когда кому-то не все равно, есть ты или нет тебя. Кому-то, помимо дяди и мамы.