Романтическая история мистера Бриджертона

– Как это тебе удалось заполучить леди Уислдаун до меня? Я велела Бриарли приносить ее мне сразу, и не позволять никому дотрагиваться до нее -

– Я не читала об этом у леди Уислдаун, - Пенелопа перебила мать, не дав той, начать осуждать их бедного дворецкого. - Мне сказала Фелиция. Вчера вечером. А ей сказала Гиацинта Бриджертон.

– Твоя сестра проводит чересчур много времени в Бриджертон-хаусе.

– Как и я, - указала Пенелопа, гадая, в чем же дело.

Порция постучала пальцем себя по подбородку, как делала всегда, когда замышляла какую-нибудь интригу.

– Колин Бриджертон как раз в том возрасте, когда следует искать жену.

Пенелопа с трудом успела моргнуть, и выпучила удивленно глаза.

– Колин Бриджертон не собирается жениться на Фелиции!

Порция пожала плечами.

– И не такое случалось.

– Такого я еще не видела, - пробормотала Пенелопа."

"– Энтони Бриджертон женился на Кэйт Шеффилд, а она была в свое время еще менее популярна, чем ты.

Это было не совсем правильно. Пенелопа считала, что они находились тогда на одинаково низкой ступени социальной лестницы. Но было бесполезно говорить об этом матери, возможно, думающей, что она сказала комплимент своей дочери о том, что в тот Сезон Пенелопа была не самой непопулярной девушкой в свете.

Пенелопа почувствовала, как ее губы сердито сжались. Материнские “комплименты” имели привычку жалить так же больно, как оса.

– Не думай, что я тебя критикую, - волнуясь, неожиданно сказала Порция, - По правде говоря, я рада видеть тебя не замужем. Я была одна в этом мире, растя своих дочерей, и мне приятно знать, что одна из них сможет позаботиться обо мне в старости.

У Пенелопы появилось видение своего будущего - будущего, описанного матерью - и почувствовала немедленное желание бежать отсюда и выйти замуж хоть за трубочиста. У нее было много времени поразмыслить о своем будущем, когда она поняла, что ей суждено быть старой девой, но она всегда представляла себя в собственном уютном маленьком домике с террасой. Или в аккуратном коттедже на берегу моря.

Но в последнее время Порция все время сдабривала их беседы упоминанием о своем преклонном возрасте, и как она счастлива, что Пенелопа сможет заботиться о ней. Не стоил упоминания тот факт, что Прюденс и Филиппа вышли замуж за хорошо обеспеченных людей и имели вполне достаточно средств, чтобы обеспечить мать всем мыслимым или немыслимым комфортом. Или тот, что Порция сама была вполне обеспечена; когда ее семья выделила деньги на приданное, четверть была перечислена на ее собственный счет.

Нет, когда Порция говорила о “заботе”, она не ссылалась на деньги. Она хотела, чтобы у нее была своя собственная рабыня.

Пенелопа тяжело вздохнула. Она была чересчур груба по отношения к матери, правда, только в мыслях.