Романтическая история мистера Бриджертона

– Конечно, - ответила она, странно смотря на него, - Я подожду тебя прямо здесь.

У Колина заняло немало времени переодеться в одежду Грегори. И наибольшие трудности возникли с шейным платком, все же он был уже в годах. Затем, уверившись, что Элоиза уже скрипит зубами от нетерпения, вышел из комнаты.

– Я слышала, ты сегодня навещал Пенелопа, - тут же сказала она, без всякой преамбулы.

Это была совсем неуместная тема для разговора.

– Где это ты такое слышала? - осторожно спросил он.

Он знал, что его сестра и Пенелопа, очень близкие подруги, но не верил, что Пенелопа могла ей рассказать о его визите к ней.

– Фелиция рассказала Гиацинте.

– А Гиацинта рассказала тебе.

– Конечно.

– Кто-то, - проговорил Колин, - способствует распространению сплетен в нашем городе.

– Я с трудом верю, что это может вылиться в сплетню, - сказала Элоиза, - Если, конечно, ты не заинтересовался Пенелопой.

Если бы она говорила о какой-нибудь другой женщине, Колин ожидал бы, что она глянет на него искоса, прикидываясь скромной, и как бы говоря: Не так ли?

Но это была всего лишь Пенелопа, и даже Элоиза, будучи ее лучшей подругой и самым лучшим защитником, не могла представить себе, чтобы человек с репутацией и популярностью Колина заинтересовался бы женщиной с репутацией и популярностью (точнее ее отсутствием) Пенелопы.

Настроение Колина перешло из плохого в отвратительное."

"– Так или иначе, - продолжала Элоиза, - полностью не замечая грозы, которая назревала в ее обычно веселом и общительном брате. - Фелиция рассказала Гиацинте, что Бриарли сказал ей, будто ты посещал Пенелопу сегодня днем. Мне стало интересно, с чего бы это?

– Это не твое дело, - произнес Колин, надеясь, что она оставит его в покое, но не веря в это.

Он сделал шаг по направлению к лестнице, тем не менее, надеясь на чудо.

– Это насчет моего день рождения, да? - предположила Элоиза, бросившись к нему, и загородив проход, так неожиданно, что один из его ботинков врезался в ее комнатную туфлю.

Он вздрогнула, но он ей даже не посочувствовал.

– Нет, это не насчет твоего дня рождения, - резко ответил он, - Твой день рождения будет лишь -

Он остановился. Проклятие!

– через неделю, - пробормотал он.

Она хитро улыбнулась. Затем, как если бы ее ум осознал нечто такое, чего не может быть, она приоткрыла рот в удивлении.

– Так, - продолжала она, вставая так, чтобы лучше загородить ему проход, - Если ты ходил туда не из-за моего предстоящего дня рождения - то нет ничего, что могло бы объяснить мне - Почему ты навещал Пенелопу?

– В этом мире не осталось ничего личного?

– Только, не в нашей семье.

Колин решил, что в данный момент, для него лучше всего принять свой обычный вид веселого человека, даже если он не чувствовал ничего весело.