Неоконченный романс

Над перевалом клубились густые облака. Гигантская сила сжимала и перекручивала, расшвыривала и вновь собирала их, создавая причудливые серо-голубые замки. Казалось, там, далеко внизу, в огромном сосуде кипит чудовищное колдовское зелье, которое с минуты на минуту вырвется наружу и затопит все вокруг.

Снег на перевале оказался на удивление плотным.

Они благополучно миновали крутой склон, покрытый рубцами надувного снега, и начали спуск. Это всегда намного труднее и зачастую занимает больше времени, чем подъем.

Лошади скользили по твердому насту и хотя не проваливались, но садились на задние ноги, отчего тюки сползали то набок, то на круп животного. От напряжения болели руки и ноги, к тому же постоянно нужно быть начеку, чтобы не заскользить со скоростью горнолыжника вниз по гладкой, как паркет, поверхности снежника. От постоянных усилий заныли мышцы живота, пот заливал глаза. В довершение всего Лена уронила темные очки, и они моментально скользнули вниз, к великой радости Рогдая, давно обогнавшего спутников и суетливо шнырявшего по берегу оттаявшего озера.

Наконец лошади ступили на первые камни, спуск стал более пологим, и вскоре путники вслед за Рогдаем оказались на берегу небольшого озера. Вокруг них обрывались отвесными стенами скалы, тут и там спускались длинные языки снежников. Скалы образовали огромный цирк, который глубоко врезался в голец, своей формой напоминавший гигантскую птицу, сидящую на гнезде. Стены его были подбиты крупной осыпью, в руслах многочисленных ручейков, стекавших со скал, гнездились заросли карликовой ивы и березы, покрытые готовыми развернуться со дня на день почками. Мрачно и дико было в этом царстве снега и камня!

Осмотрев спины лошадей, Алексей смазал обнаруженные потертости мазью. Несмотря на усталость, решили продолжить путь до небольшой речки, чтобы дать долгожданный передых себе и лошадям.

Из скальных расщелин дул ледяной ветер, и путники, основательно пропотевшие при переходе и спуске с перевала, продрогли так, что зуб не попадал на зуб. Река вытекала из другого, моренного озера на выходе из цирка. Заметно потеплело, и они остановились на отдых у широкого переката, решив, что через него им будет легче переправиться.

Сушняка по берегам было великое множество.

Вскоре весело затрещал костер, закипел в котле густой гороховый суп с кусочками копченого мяса. Решив побаловать мужчин, Лена заварила клюквенный кисель и поставила его охлаждаться в ручей.

Солнце припекало почти по-летнему. Мужчины, раздевшись до пояса, занимались вьюками. Вытряхнув содержимое, они развесили по кустам спальники, палатку, одежду. Все было волглое, влажное от утреннего тумана и многократного соприкосновения со снегом.