Романов #06

Ведь все всплывало наружу не потому, что государь кого-то предал, а потому что Романов все это вытаскивал на свет. Нельзя было откреститься от этих грешков, а их накопилось немало. Раньше как было? Рюриковичи своих не выдавали и друг за друга стояли стеной. А теперь получилось, что половина великих князей — предатели. Но до появления Романова все это считалось нормальным, и с его появлением ничего ведь не изменилось — каждый великий князь просто делал свое дело, и никто не смел в эти дела лезть, если не наглеть.

— Ты опять подводишь нас под черту, отец, — заметил Георгий Емельянович.

— Но пришел Дмитрий Алексеевич, выволок наши грехи на всеобщее обозрение. И оказалось, что не все так прекрасно в нашем царстве. И государь был вынужден принимать меры. А заодно — загребать под себя все больше и больше власти. И вот мятеж подавлен, великие княжества будут упразднены со дня на день, и никто с этим спорить и не подумает, так как все жить хотят.

— Этот разговор до добра не доведет, отец, — продолжил настаивать второй сын.

— Отчего же? — повернулся к брату наследник рода. — У отца есть компромат на Соколовых, который княжичу Романову с его системой слежения не получить. Верно я тебя понял, отец?

Емельян Сергеевич улыбнулся и плеснул себе новую порцию виски.

— Верно, сынок, — сказал он. — И если Дмитрий Алексеевич пожелает его обсудить, я с радостью приглашу его в гости. Если уж Невские не останутся на Москве, то и Соколовым столицы не видать.

* * *

Уральское княжество.

— Наш внучок весь в тебя, — заявила Мария Евгеньевна, покачивая головой и глядя на супруга с ухмылкой.

Руслан Александрович сидел с закрытыми глазами и довольно улыбался. Видео, просмотренное несколько раз, согревало старику душу."

"— И это прекрасно, — заявил он, поднимая веки. — С ним Урал будет защищен. Показная жесткость, бескомпромиссное насилие, торжество справедливости — вот, к чему должен стремиться каждый князь. И хорошо, что Алексей Александрович не испортил сына. Хотя, полагаю, тут заслуга нашей дочери. Не дала Ирина Дмитрию вырасти рохлей.

— Все Демидовская кровь, — заметила княгиня. — Как бы он не перешел черту. Сам понимаешь, государь не одобрит такого подхода. Дмитрий пригрозил всем от своего имени, наплевав на мнение царя. Это может быть чревато.

— Пусть только попробует навредить моему внуку, — продолжая улыбаться, произнес Руслан Александрович. — Я, может быть, и стар, но и Мишка не молод. И если уж выйдет конфликт, я ж его затравлю, и плевать, что самого убьют. Но Дмитрия я царю не отдам.

Мария Евгеньевна покачала головой.

— Рискуем мы сильно, — сказала она. — Дмитрий должен быть дома, хотя бы до тех пор, пока не появится наследник. Он и сам в Москву не рвется, и тебе надавить нужно.