Романов #06

Когда наступил момент прощаться, великий князь Московский обнял наследника вновь.

— Я тобой горжусь, сын, — прошептал он на ухо наследнику. — Знай об этом, и передай брату, что и им тоже.

— Обязательно, — судорожно кивнул сын, не сводя взгляда с отца.

А потом вновь были долгие переходы по Кремлю, которые совершенно не задержались в памяти Емельяна Сергеевича. Но это время помогло взять себя в руки — после неожиданной встречи со своим первенцем великий князь немного размяк, но с каждым пройденным метром его шаг становился увереннее.

А затем, наконец, гвардейцы привели заключенного в кабинет государя. За время с прошлого посещения здесь что-то изменилось в обстановке, но Емельян Сергеевич не смог уловить, что именно.

Михаил II окинул великого князя Московского внимательным взглядом, после чего кивнул сопровождению.

— Оставьте нас, — велел царь.

Гвардеец поклонился, и закрыл дверь за собой. Несколько секунд в кабинете стояла напряженная тишина, во время которой Михаил II рассматривал своего посетителя.

— Садись, Емеля, в ногах правды нет, — велел он. — Нам о многом нужно поговорить.

Невский прошел к креслу и опустился на мягкое сидение.

— Я слушаю, государь.

Однако вопреки собственным словам, говорить Михаил II начал не сразу.

Развернув свой ноутбук, царь показал великому князю Московскому видео результатов поиска «Оракулом» всех причастных к нападению на великого княжича Выборгского.

Емельян Сергеевич смотрел не без интереса. Чем дальше заходила паутина устроенного им заговора, тем сильнее пробуждалось чувство гордости. Не всякий правитель может похвастаться столь всеобъемлющим влиянием.

Наконец, запись окончилась, и великий князь Московский перевел взгляд на царя.

Михаил II вновь повернул ноутбук к себе и, откликнувшись на спинку кресла, произнес:

— Ты, Емеля, нарушил законы Русского царства. Убил моего человека. И по правде, должен уже гнить в земле, — говорил он совершенно спокойно, даже не прибегая к ауре власти. — Однако ты все еще жив. Знаешь, почему?

Тот покачал головой."

"— Возможно, потому что доказал, что живой могу быть намного полезнее? — предположил великий князь Московский.

Михаил II скупо улыбнулся.

— И снова зришь в корень, Емеля. Ты и без «Оракула» умудрился на каждого Рюриковича собрать подробное досье со всеми его прегрешениями, — царь хмыкнул. — Я посмотрел твои документы, те, что ты так жаждал мне передать. И мои люди все это время искали опровержения или подтверждения твоим записям.

Емельян Сергеевич молча слушал государя, не спеша делать новых обнадеживающих предположений. Будучи сильным человеком, он уже смирился со своей участью. И не хотел бы сейчас так сладко обмануться, рассчитывая на снисхождение, и уж тем более помилование.