Жестокий роман

Муженьку своему сладкому тоже так неохотно давала? Хотя о чем я. Ему это не нужно. Скорее бы свою жопу под хуй подставил, чем бабу натягивал. Пидор. Но он наверняка ее лапал. По-всякому. И она позволяла. Еще и любила его. А может, и теперь любит. Сохнет по этому ничтожеству.

— Марат, — еле губами двигает.

Расстегиваю штаны, подхожу к ней вплотную, подхватываю под зад и…

— Твой брат, — бормочет. — Нас же увидят.

Усаживаю на поручень. Дрожит. За плечи мои хватается, плотнее льнет. Боится в море рухнуть. Даже обернуться не решается.

— Он занят, — хмыкаю и устраиваюсь между ее бедрами.

Брат воркует со своей девчонкой. Давно погнал на другой конец палубы. А здесь только мы вдвоем.

— Не могу, — всхлипывает. — Не могу сейчас.

Сдвигаю ее трусы в сторону.

— Марат, пожалуйста, — сдавливает мои плечи, когтями царапает. — Мне больно.

Проталкиваю пальцы внутрь. Дергается, как от удара. Хнычет.

— Не надо. Прошу. Не надо.

— Чего? — спрашиваю.

— Ты… слишком сильно… этой ночью…

Губы кусает. В глазах слезы. А мордаха краснющая.

— Мне больно, — выдает, наконец. — И ходить, и сидеть. Ты… Ты так долго и жестко… Там все… Печет.

— Затрахал тебя? — ухмыляюсь, поглаживаю ее шею большим пальцем, провожу по следам от засосов.

— Д-да, — зубами стучит.

Мне нравятся мои метки на ней. Кровоподтеки на бледной коже. Мне нравится, что все видят: она моя.

Перебрасываю ее через плечо, отношу в каюту, укладываю на узкий диван.

Застывает. Потом вдруг головой мотает. Нет, мол, нет. Вслух сказать не решается. Боится протест озвучить.

Стягиваю с нее одежду, полностью. Ничего не оставляю. Отбрасываю тряпье в сторону.

— Ноги раздвинь, — приказываю.

— Пожалуйста, я…

— Ты моя сука, — обрываю резко. — Раздвинула ноги. Быстро.

Подрагивает. Мелко. Жалобно.

— Хочешь, чтобы я сам раздвинул?"

"Ее колени разъезжаются в разные стороны. Четко. Послушно. Другой расклад. Такой податливой она мне куда больше по вкусу.

Ухмыляюсь.

— Шире.

Подчиняется.

Я подхожу и склоняюсь над ней, шлепаю ладонью по внутренней стороне бедра. Обвожу и сминаю. Жестко.

Она аж подпрыгивает. Выглядит забавно. Смешная такая.

— Марат, там… Там правда больно. Прошу, давай я как-то иначе… Как-то…

— Рот закрой.

Накрываю ладонью низ живота. Девка еле дышит. Опускаюсь ниже. Вообще застывает, видно, и шевельнуться ей страшно. Раздвигаю складки.

Понятно. Не лжет. Здесь действительно все распухло и покраснело. Так отодрал ее, что чуть пизду в кровь не стер. Перебрал явно.

Может, ей к врачу надо? Или смазать чем. Я в этом не разбираюсь. Ладно, потерпит. Не сдохнет. Замира по приезде осмотрит. Не нужны нам лишние свидетели.

Какая изнеженная у меня шлюха. Никогда такой проблемы не было, а тут…

Ха. Я об этом не задумывался. Значения не придавал.