Напиши обо мне роман

Замирало что-то юркое в груди, захватывало дух, и летел навстречу пропитанный дождем город — а потом удалялся, и огни смазывались в мутные полосы. В глазах дрожала влага — слезы, дождь? Неважно.

Влюбляться в сентябре — идеальное время. В предчувствии зимы, в предчувствии смерти искать человека, который может тебя спасти. Каждый раз, когда я влюбляюсь, мне кажется, что все кончилось. Кончилось мое одиночество. Кончились мои поиски покинутого миллиарды лет назад дома.

И каждый раз найденный свет покидал меня. Рано или поздно. Угасал или уходил — оставляя в моих руках вечную пустоту.

Любовь это так невыносимо больно, потому что она неотделима от гаснущего света.

Я качалась так долго, глотая слезы вперемешку с дождем, что меня уже начало тошнить от полетов вверх-вниз. Дождь почти прошел, но никто не требовал освобождать место, поэтому я просто сидела, слегка покачиваясь и лениво отталкиваясь одной ногой. Бездумно глядела на проносящиеся мимо машины, устало приникнув головой к толстому канату.

В голове звенела пустота — в ней не осталось ни горя, ни тревоги — ничего.

Роман подошел откуда-то сбоку, сел передо мной на корточки и положил на колени мокрый букет алых тюльпанов.

— С днем рождения, — сказал он.

Да. Сегодня у меня был день рождения.

Об этом не знал никто. Потому что в наше время все надеются, что придет уведомление в соцсетях, а я там никогда не прячу возраст, но всегда прячу дату.

Даже старые друзья забывают. Зачем хранить ненужную информацию в памяти, когда есть такая удобная функция? Так что поздравила меня только мама.

И Роман. Как-то узнал.

Я провела пальцами по тугим бутонам тюльпанов. Запомнил, какие у меня любимые цветы? Хотелось пошутить про «а где тогда сапфиры?», но не стала. Не было больше настроения шутить.

Его взгляд снизу вверх был смертельно серьезен, и пробирал меня до костей. Ладони полуобнимали бедра, и вообще он был слишком близко, а чуть прищуренные, будто злые зеленые глаза, казалось, сияли в полутьме.

— Не знаю, — ответил он.

— Я тебе звонил, но ты не отвечала. Поэтому просто сел в машину и поехал, куда глаза глядят…

Он замолчал, продолжая пытливо выискивать что-то в моих глазах. Не отрываясь.

— И-и-и-и что?.. — поторопила я его.

— Вышел купить цветы и вдруг захотелось пройтись. Увидел кого-то на качелях и почему-то сразу понял, что это ты.

По дороге с шумом неслись машины, где-то звучала музыка — ночная Москва не самое тихое место. Но я все равно слышала его тихий голос так отчетливо, будто он говорил мне прямо на ухо.

Неловко усмехнулась:

— Только я могу качаться в дождь?

— Только ты… — сказал он. — …вообще все можешь.

— Ты… — начала я, но, не найдя слов, просто зарылась пальцами в его влажные волосы.

Не смогла удержаться.