Актриса на главную роль

Вот как такое могло вообще сложиться? Миллионы мужчин в стране, а Ольга влюбляется именно в твоего брата. Когда начинаешь задумываться над такими вещами, чувствуешь себя марионеткой в божьих рокировках. А потом я услышал твой голос по телефону, и меня словно горячей волной окатило. И только тогда поверил, что это все-таки наяву. Вот так, Глафира Артемовна.

Она смотрела на него, ощущая, как все внутри плавится от переполнявших ее мощных чувств к этому необыкновенному мужчине. Смотрела и не могла наглядеться, настолько он казался ей невероятно красивым в момент этой своей исповеди."

"«Мало что так красит человека, как мужество или любовь», – говорила ее бабушка. У него были и мужество, и любовь. И он был прекрасен в обоих этих проявлениях.

Она отложила в сторону планшет, который продолжала держать в руках, завороженная его рассказом, потянулась к нему, обняла рукой за шею, прижалась, вздохнула, почувствовав его запах, оттененный еле уловимым ароматом приятного одеколона.

– Ну и что ты расстраиваешься? – спросила Глаша, сочувствуя всем его переживаниям и сомнениям. – Теперь-то чего? Венера сошла с привычной траектории движения, и наши орбиты пересеклись.

– А ты? – спросил он, перехватив ее за талию и поудобней устраивая у себя на коленях.

– А я? – задумалась она. – Когда подходила к калитке, чтобы открыть, то вдруг поняла: сейчас моя жизнь разделится на ту, что на этой стороне калитки, и на ту, что станет, когда я открою калитку. Открыла и увидела тебя. У тебя глаза такие же, как у меня, дымчато-серого цвета, папа их называл «балтийскими». И потрясающая улыбка, от которой появляется ямочка на правой щеке. Я смотрела на тебя, и мне стало замечательно легко и радостно, потому что ты моя судьба. Надо ли что-то объяснять? – Она откинула голову, чтобы лучше видеть его лицо. – И еще ты очень красивый, Трофим Разведов. Я прямо загляделась.

– Ты определенно куда-то не туда загляделась, Глафира Артемовна, – усмехнулся Трофим, – на какого-то другого мужчину, и меня это сильно настораживает. Поскольку я самый обыкновенный мужик с почти рязанской ряшкой. А вот ты как раз-таки потрясающая женщина, очень красивая. И я до сих пор не понимаю, почему ты ответила мне взаимностью и выбрала меня, и очень волнуюсь, вдруг спохватишься и передумаешь.

– Я тебя не выбирала, – возразила Глафира. – Что тебя выбирать? Ты же не арбуз на базаре. Ты просто вошел в мою жизнь, и все. Так бывает. И ничего не изменишь. Кстати, я совсем не красавица. – Она развернулась поудобней и, еле прикасаясь, провела по лицу Трофима указательным пальцем от кромки волос вниз по лбу, по переносице, губам и подбородку. – Бабушка говорила: «Красота в глазах смотрящего». Для меня ты самый красивый, и я тобой любуюсь.