Роковая Роксана

– Даже под маской ваше лицо сияет. Глаза горят, губы улыбаются… Смотреть на ваши губы – одно удовольствие."

"- Комплимент не засчитан, - ответила я, пока мы танцевали свою партию. – Про глаза – банально, про губы – двусмысленно. Попробуйте ещё раз, милорд. Хотя… может, лучше вам не стараться? Что-то мне подсказывает, что комплименты – это не по вашей части.

- А что по моей? – тут же спросил он, сжимая мою ладонь гораздо крепче, чем позволено было по этикету.

- Ваше – охота на ведьм, - произнесла я, продолжая удерживать улыбку.

- Вот как? – он тоже улыбнулся, но глаза под маской блеснули холодно. – Да, инквизитору тут есть, где разгуляться. По меньшей мере, пять дам пришли в костюмах ведьм. Но я сегодня не инквизитор, я – ворон, - он повёл плечом, показывая мне брошку, приколотую к отвороту камзола – серебряный ворон с глазком и клювом из гагата. – И мне нравятся цветы, а не ведьмы.

- Страшно даже предположить, что нравится ворону, - сказала я, – но точно не цветы. Пожалуй, лучше бы вы прикинулись инквизитором.

Мы разошлись, чтобы пригласить следующую пару, протанцевали положенные четыре круга и вернулись на свои места, снова встав друг к другу лицом.

- Что там дальше с комплиментами? – напомнила я. – Обещали нашёптывать, как заправский ловелас, а вместо этого похвалились брошечкой, как какая-нибудь провинциальная кокетка.

- Зато вы невозмутимы, как почтовый клерк, а жалите словами – как пчёлка, - не остался в долгу Бранчефорте.

- Колюсь шипами, как и положено розе, - я прикоснулась к двум полураспустившимся розам, приколотым к моему поясу. – Так что не жалуйтесь, господин Падальщик… о, простите! конечно же – Ворон!..

- Вижу, милого вечера не получится, - заметил граф, окидывая меня почти оскорбительным взглядом с головы до ног. – Но уверяю, я умею срывать розы так, чтобы не уколоться о шипы.

- Ну вот, - укорила я его. – Обещали любезности, а уже угрожаете.

- Ну что вы, - возразил он. – Это – совсем не угрозы. Вы не знаете, как я угрожаю.

- О, не будьте так уверены, - я тоже улыбнулась, показывая, что умею владеть собой не хуже, чем он.

- Не понимаю, о чём вы.

- О господине Эверетте, – подсказала я его забывчивому сиятельству, не забывая хлопать в такт музыке.

Под полумаской трудно было разглядеть выражение лица графа, но губы его даже не дрогнули – он продолжал улыбаться. Вот что значит – королевская служба. Привыкаешь держать улыбку при любых обстоятельствах. А я была уверена, что поразила его.

Несколько секунд он молчал, а потом поинтересовался:

- При чём тут господин Эверетт?

- Слышала ваш разговор в мастерской, - я решила разом выложить все карты. – Вы так тонко намекнули на семью… Честное слово, вы – страшный человек.