Роковая ночь

В сопровождении нескольких придворных, которым были неизвестны его намерения, Абу-л-Фатх отправился в гости к Абу-л-Касему. Тот принял его соответственно знатности и великолепно угостил. Абу-л-Касем посадил везира на почетное место и оказал ему всевозможные знаки уважения. А когда все стали пить тонкие вина, вероломный Абу-л-Фатх, выбрав подходящий момент, подсыпал в кубок Абу-л-Касема порошок, от которого тот мгновенно потерял сознание и погрузился в летаргический сон. Слуги, явившиеся ему на помощь, увидели печать смерти на его челе и положили Абу-л-Касема на софу. Все домашние подняли плач. Гости были поражены страхом, и даже Абу-л-Фатх прикинулся безмерно опечаленным. Он разорвал на себе одежды, и все собравшиеся последовали его примеру. Потом Абу-л-Фатх велел приготовить гроб из слоновой кости и черного дерева, а все имущество Абу-л-Касема забрал в пользу наместника. Жители города, мужчины и женщины, поднялись ранним утром и с непокрытыми головами, босые подошли к воротам дома Абу-л-Касема. На улицах слышались причитания и плач. Эта смерть обездолила и бедного и богатого: первый потерял благодетеля, чье милосердие не знало предела; второй — друга, и, таким образом, эта смерть вызвала всеобщую скорбь."

"Несчастного Абу-л-Касема положили в гроб и по приказу Абу-л-Фатха вынесли из города к месту погребения, где находилось несколько мавзолеев. В одном из них, особенно роскошном, был похоронен отец везира. Это был их семейный мавзолей. Туда-то и поместили гроб, и коварный Абу-л-Фатх притворился обезумевшим от горя и скорби.

Когда наступила ночь, все вернулись в город, но везир и два его невольника остались подле мавзолея. Они разожгли огонь, согрели воду в серебряной чаше и, вынув Абу-л-Касема из гроба, растерли его этой водой. Вскоре он начал приходить в себя и, узнав Абу-л-Фатха, произнес:

— Ах, где мы, господин? В какое же скверное положение я попал!

— Положение твое столь же скверное, сколь ты сам, — ответил везир. — Ты находишься здесь по моей воле, и я каждый день буду подвергать тебя разным пыткам, пока ты не откроешь мне, где спрятаны твои сокровища.

— Я в твоей власти, — отвечает Абу-л-Касем, — делай со мной что хочешь, но никогда я не скажу тебе, где лежат мои сокровища.

При этих словах Абу-л-Фатх приказал своим невольникам крепко держать пленника, а сам вытащил из-под одежды плеть из ремней, вырезанных из львиной шкуры, и стал его бичевать с такой яростью, что юноша вновь потерял сознание. Заметив это, везир приказал, чтобы его снова положили в гроб, и ушел, велев запереть дверь мавзолея.

Наутро он явился к наместнику и сказал:

— Вчера, государь, я пытал Абу-л-Касема, однако он упорствует. Думаю, что долго он все же не сможет сносить мучения, которые я ему уготовил.