Роковая ночь

Ее слова так обрадовали законоведа, что он не смог удержаться от восторга и заключил ее в объятия. Она же, выйдя из дома Данишманда, направилась к судье, собираясь и его пригласить подобным же образом.

— С той минуты, как вчера я оставила вас, — проговорила она, — я не знала покоя. Теперь я сожалею о своем упрямстве.

Довольный судья спросил Аруйе:

— А где же мы встретимся?

— Приходите ко мне сегодня вечером, ровно в одиннадцать будьте у дома один, без сопровождающих. Вас проведут ко мне. Не беспокойтесь, муж не сможет нам помешать: ведь он слишком стар и немощен, а потому проводит все время на своей половине дома.

Судья, как и законовед, уверил Аруйе, что явится в назначенное время.

Теперь оставался только наместник, которого она решила заманить в ту же ловушку. У этой женщины хватило ловкости, чтобы заставить и его поверить в то, что она говорила, и они условились на том, что он придет в полночь.

Проделав все это, она вернулась домой и велела слугам прибрать в своей комнате получше, расстелила скатерть и расставила на ней фрукты, сласти, вино, чтобы угощать мнимых любовников.

Первым явился законовед. Старая служанка проводила его к госпоже. Едва взглянув на Аруйе, он воскликнул:

— Как я счастлив, о Феникс нашего времени, лицезреть тебя! — и с этими словами бросил на стол кошель с двумя тысячами золотых.

Аруйе взяла его за руку и, улыбаясь, усадила на ложе, потом подозвала служанку, чтобы та помогла ей раздеть гостя. Они сняли с него верхнюю одежду и оставили в одной сорочке, с непокрытой головой. Законовед уже был вне себя от ожидающего его блаженства, как вдруг раздался ужасный шум. Аруйе послала старую Даллу — так звали прислужницу — посмотреть, что же произошло. Далла вернулась, восклицая с испугом:

— Мы пропали, госпожа! Явился ваш брат!

— О горе мне, — запричитала хозяйка, — как уберечься от позора?!

— Ну, полно, что вы так убиваетесь, — принялась уговаривать ее служанка. — Поглядите, вон стоят сундуки, которые ваш муж купил для того, чтобы отправить товары в Каир. Данишманд может спрятаться в одном из них.

Гость одобрил ее совет, и Аруйе заперла его в сундук.

— Я постараюсь побыстрее избавиться от брата, и мы с вами проведем время еще более приятно, чем предполагали, — уверяла она.

Не сомневаясь в ее искренности, законовед улегся в сундуке поудобнее и принялся мечтать, полный сладостного предвкушения.

В одиннадцать часов в дверь снова постучали. Далла поспешила к выходу и спросила:

— Кто там?

— Говори потише, а то еще разбудишь Банна, — ответил судья из-за двери.

Прислужница отворила перед ним дверь и повела его наверх, приговаривая:

— Моя госпожа полюбила вас и велела провести в ее комнаты.

Судья так и вспыхнул, услышав такое многообещающее приглашение, а старуха ввела его к Аруйе.