Роковая ночь

Пока мы проталкивались туда, где обычно играла прекрасная Разие — так звали дочь султана, я успокаивал Хусейна:

— Оставь ты смешные страхи! Мало ли что трубит молва о ее красоте! Уж мне-то не грозит опасность влюбиться в нее с первого взгляда!

Но мой наставник в ответ только вздыхал. Наконец мы услышали голос глашатая:

— По приказу султана сообщаю всем жителям этого города, что его дочь Разие Бегум играет сегодня на своем излюбленном месте. Знайте, что, какое бы несчастье отныне ни приключилось с теми, кто выйдет смотреть на нее в это время, — страдания их падут на их же голову, как следствие собственной неосторожности. Да слышат мужчины!

Когда мы добрались наконец до нужного места, то увидели там одних стариков, да и те держались на почтительном расстоянии. Я смело двинулся вперед, несмотря на то что, жалея меня, они пытались преградить мне дорогу. Но увы! Мое невезение привело меня сюда слишком поздно. Она уже закончила игру и набросила на лицо покрывало, прежде чем мы успели приблизиться на расстояние, достаточное для того, чтобы ее рассмотреть. Я успел заметить лишь очертания ее стана и сказал Хусейну:

— Какое несчастье, что мы не пришли сюда пораньше! В следующий раз, когда она по обыкновению явится на это место, чтобы поиграть, я непременно увижу ее. И пусть взгляд этой красавицы будет даже еще более опасен, чем ты воображаешь."

"Но на следующий день по всему городу было объявлено, что дочь султана отныне перестанет появляться на людях. Это известие очень обрадовало моего воспитателя и глубоко огорчило меня. Однако я не отступился от мысли достичь желаемого и стал обдумывать всевозможные хитрости, которые могли помочь делу. В конце концов я взял кое-какие драгоценности и отправился на поиски того садовника, который служил самому султану. Когда я его наконец разыскал, то вручил ему пятьсот золотых монет и изложил свою просьбу. Но едва он услышал, чего я прошу, как сунул кошель с деньгами обратно мне в руки.

— Бессовестный! — сказал он. — Ты хоть подумал о том, что подвергаешь опасности не только себя, но и меня?

Такой вопрос нисколько меня не смутил.

— Помогите мне, как родному сыну, — повторил я ему свою просьбу и снова вручил кошель, — помогите мне увидеть ее, или я умру от горя!

Тут в нашу беседу вмешалась жена садовника. Она прониклась сочувствием ко мне и уговорила мужа оказать мне содействие. Кроме того, я подарил садовнику в придачу к деньгам еще и несколько алмазов. Это решило исход дела.

— Ты сразу понравился мне, — сказал садовник, — а теперь я придумал способ удовлетворить твою просьбу, не подвергая опасности ни твою, ни свою собственную жизнь.

И он рассказал мне, что собирается использовать одну уловку, весьма надежную и простую. Узнав, в чем дело, я одобрил его план.