Рокировка

И в этот момент дверь в трапезную снова открылась. И у мужчина взметнулись от удивления брови.

— Доброе утро, — каким-то слегка странным тоном произнес вошедший вслед за служанкой Аринэль.

При этом он держал девушку за руку. Виола уже готовилась пройтись по этому поводу, но буквально подавилась своими словами, вспомнив про состояние брата.

— Аринэль, — прогудел барон. — Как ты себя чувствуешь?

— Идиотом, — ответил парень и, криво усмехнувшись, добавил. — Голодным идиотом. Цеси, будь добра, усади меня за стол и дай в зубы… пожевать.

Лица присутствующих вытянулись от подобного пассажа со стороны не очень разговорчивого обычно родственника. А парень, подведенный к стулу, нащупал его спинку и осторожно сел.

— Аринэль, — опять заговорил барон. — Скажи, а ты…

— Вообще ничего, — предугадал его вопрос парень. — Полная темнота.

Виона и Саманта синхронно вздрогнули от равнодушного тона брата, с которым он сообщал такую ужасную новость. А Алетта еле слышно выругалась…"

"… Да, пусть он снова слепой. Но зато он шел по самому настоящему замку! Когда проходили мимо окон, то со двора доносились звон железа, ржание лошадей. Блин, да даже крики детей были не такие! Другие! А воздух-то какой! Артем втягивал этот вкуснейший, без малейшего запаха химии воздух и никак не мог надышаться. А попробовали бы вы эту еду! Ему, за последние несколько лет привыкшему ко вкусу жратвы быстрого приготовления, разбавляемой иногда пельменями и пиццей, завтрак в замке Тайфол показался торжественным пиром. Да еще и вина налили, тут было так принято, вместо чая.

После завтрака Аринэль попросил Цеси проводить его на крепостную стену. Да, блажь, ну вот хотелось и все тут! Он же никому не мешал, а для Цеси это было работой. Вот только их перехватили буквально сразу же.

— Аринэль! — взволнованный голос матери… хм, Аринэля, Артем узнал сразу же.

Его стиснули в объятиях и прижали к груди.

— Сынок, ты так напугал меня! — с тревогой в голосе вещала матушка. — Я пришла в твою комнату, а тебя нет!

— Мам, — парень мягко отстранился (надо же, как легко выскользнуло это слово). — Я просто сильно проголодался.

— Не пугай меня так больше, — голос эльфийки дрогнул. — Уондо дэяла…

Ответ сам собой всплыл в памяти. Мать, в свое время, пыталась научить Аринэля языку своего народа. Но парень был, ну честно говоря, невеликого ума. С другой стороны, ну не всем же даны мозги…

— Элрэ дара, амил (все хорошо, мам), — произнес парень.

На некоторое время в коридоре повисла тишина.

— Аринэль? — голос женщины был удивленным, а потом в нем зазвучала тоска. — Сынок… А ты меня видишь?

— Прости, мам, — слегка дернул щекой парень.

— Аннира даоса каниларэ, — пробормотала женщина, опять прижимая сына к себе.