Рокировка

 — Ему-то вовсе по хрену. Кстати, хоть и молодой, а такие маршруты знает, я аж заслушался! Причем ни слова мата! Умелец!

— И что этот, барон? — заинтересовано произнес сменщик.

— Как обычно, — пожал плечами Форсин. — Похлопал зенками, побледнел и в очередь встал.

— И большая очередь-то была?

— Огромная, — с иронией ответил Фор. — Целых три кареты.

— И откуда берутся такие? — покачал головой собеседник.

— Да просто еще молодой, — усмехнулся Форсин. — В башке ветер, на груди герб. А в карете, наверняка, девица молодая. А то и не одна.

— Слушай, неужели мы такими же были? Я что-то не помню такого.

— У тебя просто не было герба, — заметил Фор. — И нет, заметь. Ладно, пойду. А то меня опять будут пилить, что я в кабаке долго сижу.

— А ты что, сегодня не пойдешь? — с хитринкой усмехнулся сменщик.

— Да уже спать хочется что-то, — в подтверждение своих слов Форсин зевнул.

— Ага, я также в прошлый раз, — собеседник десятника ухмыльнулся. — А потом кружечка, вторая… Завтра же все равно выспишься!

Караульные, которые сменились, уже выстроились в колонну по два, чтобы двигаться в сторону казарм. Им еще предстояло сдаться дежурному сотнику.

— Ладно, двинули мы, — произнес Форсин.

Глава 15

«Как… приятно» — пришла мысль, сквозь дрему.

Аринэль приоткрыл глаза. Ощущение прикосновения обнаженного женского тела ни с чем не перепутать, да.

— Цес, — улыбнулся он.

Девушка, которая обняв его, терлась зачем-то щекой о грудь, подняла голову и, посмотрев на парня, улыбнулась. Кстати, за окном спальни темно, то есть еще ночь. Лишь свет уличных светильников (тут, блин, совсем буржуи!) слегка разгонял тьму. Парень провел рукой по спине Цеси, девушка еле слышно выдохнула. И тут ноздрей Аринэля коснулся легкий алкогольный запах. Да и глаза Цеси как-то слишком масляно поблескивали в полумраке. Девушка подалась вперед и нежно поцеловала парня. Организм того, натурально измученный банщицами (трогать их было можно, но вот от более активных действий девчуни со смехом уворачивались), отреагировал на происходящее однозначно.

Цеси окончательно отбросила одеяло, сдвинутое ей же сверху, и непривычно решительно уселась на Аринэля, одной рукой сдвигая кальсоны вниз. Член, вырвавшийся наружу, коснулся ее нижних губок. Девушка дразняще потерлась о него. А потом с тихим вздохом опустилась на буквально каменный орган и замерла.

Аринэль вдруг ощутил, как ему на грудь упали капли. Он приподнял бровь и посмотрел на девушку.

— Цес? — обеспокоенно произнес он, не видя четко в полумраке выражения ее лица. — Ты чего?

— Я… — голос Цеси дрожал. — Как я…

Аринэль вздохнул и притянул ее к себе.

— Простите меня! — прошептала девушка. — Я не должна была…

— Давай сначала, — ласково, но твердо сказал Аринэль.