Рокировка

Приземление вышло жестким, он грудью ударился о камень, по шлему вдарило так, что в глазах на миг потемнело. Его протащило еще чуть и пылевое облако накрыло тяжелой удушливой волной.

Аринэль, находясь в прострации, вяло пошевелился и закашлялся.

«И что это за дерьмо было?!»

Сбоку раздался стон. Кто-то выругался сиплым голосом. Надсадный кашель и опять мат. Один глаз немилосердно защипало, Аринэль зажмурил его и с трудом сел. Так, колчану каюк, стрелам естественно тоже. В груди при движениях что-то защемило, да так, что дыхание пересекло.

«Похоже ребрам тоже песец».

Пыль потихоньку оседала. И открывала совершенно неприглядную картину. Стены не было. Только угловая башня каким-то чудом все еще маячила на фоне неба. О, Даиэль.

Эльф лежал присыпанный кучей мелких камней, ноги ему придавила глыба побольше, с коня размером. Явно уже не боец, вон нога зажата между камнями под углом, которые природой никак не предусмотрен. Сбоку, явно в шоке, стояла эльфийка. Почему в шоке? У нее из голени торчал белоснежный почему-то осколок кости.

«А это что за черт?!»

Толстый желтый луч, как-то неспешно и величаво упал с небес. Через некоторое время донесся глухой гул, перекатами, словно сотня негромких раскатов грома. А в следующую секунду еще что-то грохнуло и тоже, словно через подушку, то есть явно громко, но далеко.

Реальность как будто застыла, замерзла в хрустальном льду. Даже пыль, казалось, перестала медленно клубиться…"

"Парня передернуло, когда раздался слитный такой и как будто вездесущий стрекот. Раздались многочисленные удары по дереву, а на гребне завала, в которую превратилась стена, появились на фоне серого неба силуэты антов. Рука Аринэля на рефлексе дернулась к сломанном колчану…

Стрелы. Они летели в антов почему-то извне. Инсекты тут же развернулись в сторону новой угрозы, вот чего у них не отнять, так это логики. Пусть и примитивной, в виде реакции на угрозу. Улюлюкание донесшееся до Аринэля прозвучало, как музыка. Орки пришли на помощь…

…Он все-таки отъехал. Аринэль несколько секунд моргал, собирая мысли в кучу. А потом огляделся. Так, утащили его недалеко, вон она, стена. Точнее то, что от нее осталось. Центральная башня тоже была полуразрушенной. В сердце кольнуло нехорошим предчувствием.

— Слизень откуда-то выполз, тварь, — раздался глубокий мужской голос рядом. — Пока прибили, с десяток положил. Двоих наповал. Мне вот глаз, дерьмо конское, выбило.

— Целитель тут, говорят, аж из самой Империи, — сочувственно ответили первому говорившему. — Вроде как и с этим может что-то сделать.

— Дай магия, чтобы так.

Аринэля уже кто-то частью раздел. Он лежал по пояс голый и его грудь стягивала тугая повязка.

— О, смотря, опять эта заполошная, — произнес бас.

— Так это же сын барона, — ответили ему.