Страсти-мордасти рогоносца

Егора Грачева пригласил Иннокентий Борисович, пожилой академик, археолог, – надо было поправить лестницу на даче. Егор берется за любую работу, эта показалась ему не хуже других. Грачев поехал куда-то за Тверь, в село, где обитал ученый старичок, привел в порядок ступеньки и сложил ладошку ковшиком, мол, наступил час расплаты, дедушка. И тут академик расплакался:

– Сынок, а денег-то у меня совсем нет. И продать нечего, кроме мяча датского короля Горма Старого. Стоит он два миллиона долларов, я его готов за один отдать.

Егор, страстный собиратель спортивного инвентаря, вмиг сделал стойку.

Хозяин дачи ему поведал, что много-много лет назад он, еще школьник, вместе со своим отцом-археологом Борисом Владимировичем участвовал в раскопках возле одной деревни на Балтийском побережье. Папенька Иннокентия был уверен, что король Горм Старый в том селе довольно долго прожил. И представьте себе…

Кристина Михайловна говорила с упоением, наслаждаясь собственным повествованием, и в конце концов добралась до сути.

Родитель будущего академика обнаружил захоронение викингов, вскрыл его, стал изучать найденное, и тут началась Великая Отечественная война. Понятное дело, о раскопках вмиг забыли. Вывезти находки не смогли, Борис Владимирович прихватил лишь несколько вещей, среди них одну, на взгляд семилетнего сына, совершено ненужную – какой-то жуткий, отвратительного вида мяч. Мальчик стал расспрашивать отца, а тот сказал:

– Дурачок, этот мячик – самая важная находка. Он подтверждение того, что Горм Старый жил на побережье. Я нашел мяч в могиле верного слуги короля, бывшего еще и партнером по любимой игре. Король обожал вид спорта, который сейчас называют баскетболом, находил время для игры, а вместе с ним на площадку всегда выходил Харальд. Об этом есть сообщения летописца, который сопровождал Горма во всех походах, да и в частной жизни ходил за ним по пятам, составлял жизнеописание монарха. Как я, по-твоему, нашел место захоронения на берегу моря? Изучил те самые записи и понял, где жил некоторое время Горм.

Борис Владимирович был очень близорук и не умел стрелять, но когда враг вплотную подошел к Москве, под ружье поставили всех, даже таких никчемных бойцов, как подслеповатый профессор. Домой Борис Владимирович не вернулся, погиб в боях под Крюковом. Во всяком случае, так значилось в похоронке. А уж как там было в реальности, неизвестно. Неизвестно и где могила ополченца. От Бориса Владимировича остались лишь рукописи и жуткий мяч.

Сын ученого вырос, сам стал археологом, доктором наук, профессором, долгие годы преподавал в вузе.