Наглый. Дерзкий. Родной

– Так в турфирме какой-то, по командировкам часто ездят. Иногда так, что даже связи нет. Ой, девоньки, масло у меня кончилось!

– Мы сходим! – вызвались мы. – Вы нам только список напишите, что нужно, мы купим. И где магазин, подскажите.

– Магазин у нас недалеко, минут пятнадцать пешком. Сейчас все напишу.

Нам выдали список и потертый пакет, объяснив это экономией, мол, нечего тратиться, объяснили, как дойти до магазина, и благословили на дорожку.

Мы вышли на улицу, где мужчины уже заканчивали починку двери, а я крикнула:

– Федя, мы в магазин, ты с нами?

– Нет, мам, я дверь чиню!

– Я присмотрю, иди! – махнул рукой Роберт.

С тяжелым сердцем я выходила за ворота. Повернула голову и встретилась взглядом с козой, которая спокойно и размеренно жевала травинку, стоя у забора.

– Знаешь, я ревную Федю к Роберту, – призналась Авроре. – Головой понимаю, что он мальчишка, что он растет и ему интереснее делать мужские дела, но так привыкла, что он всегда рядом…

– И Роберт тянется к Феденьке, – согласилась Рори. – Я иногда поражаюсь, сколько же в нем этой нерастраченной отцовской любви, что на всех хватает. Он всех своих подопечных пацанов знает, обо всех заботится, каждого поддерживает, Федю вот тоже под свое крыло взял.

– Феде нужен отец. Наверное, стоит поговорить со Стасом. Попросить, чтобы он проводил с ним больше времени. Я даю все, что могу, но, кажется, Феде этого недостаточно.

– Кать, ты отличная мама, не придумывай. Ты делаешь все, что можешь, и даже больше, я же вижу. Дети растут, отдаляются от нас. А у Феди сейчас такой возраст, что ему нужен авторитет со стороны.

– Видимо, он выбрал тренера. Роберт взял его группу себе? Нас же Николай тренировал? – вспомнила я.

– Да, они в этом году набрали на две группы больше, вот Роберт и взял малышню себе, а Коля тренирует мальчишек постарше.

– А я ведь не хотела Федю на бокс отдавать, – сокрушалась я, – Стас настоял. И не зря. Он говорит, что я слишком мягкая и разбаловала Федора."

"– Ты Стаса больше слушай, он наговорит. Взрослая жизнь и так слишком сложная, чтобы ограничивать детство бесконечными запретами. Ты его любишь, это видно, а первая потребность любого ребенка – именно любовь, понимание и принятие.

– Давно ты стала психологом? – с улыбкой поинтересовалась я.

– Изучаю матчасть, – загадочно ответила Рори.

– Рожай, вижу – готова, – благословила я с улыбкой.

Аврора опустила голову и покраснела. Некоторое время мы шли молча, думая о своем, пока подруга не вспомнила:

– Значит, твой Матвей с Кириллом и, видимо, Левой, работают в турагенстве.

– Бабушка Липа так сказала. Думаешь, Кирилл стал бы ей врать?

– Тогда наша версия с государственной тайной отметается.

– И остается та, где Матвей – обычный врун, – тяжело вздохнув, резюмировала я.