Родиться заново

– Что?! Рожаешь?! – в ужасе воскликнул таксист.

– Нет. Страшно…

– Не бойся! Главное – не роди!

– Вы только помедленнее, пожалуйста, – попросила я.

– Хорошо, – смягчился водитель и даже сбавил скорость.

Я заметно выдохнула. Он остановился на светофоре и нервно постукивал по рулю. Видимо, спокойная езда не для него. Загорелся зелёный свет, и не успели мы тронуться, как на мою сторону прилетел резкий удар. И наступила темнота.

Всё, что происходило потом, как в тумане. Меня куда-то везли, были слышны голоса, но открыть глаза я могла. Веки стали тяжёлыми и не хотели слушаться. А ещё я не чувствовала ног. Совсем.

Кое-как разлепила веки. Я лежала на спине, на чём-то твёрдом, и меня по голове гладили мягкие руки, словно успокаивали.

– Пить, – прошептала беззвучно пересохшими губами.

– Нельзя тебе, доченька. Потерпи.

– Ноги. Я не чувствую…

– Пройдёт.

– Массочку, Алевтина Ильинична… – требовательно произносит мужской голос.

– Даю, – ответила женщина. – Поспи немного, и всё будет хорошо.

Всё. Будет. Хорошо.

Мне на лицо надели маску, и я отключилась.

Приходила в себя долго. Металась по подушке, но никак не могла вырваться из вязкого, тягучего состояния. Меня кидало то вверх, то вниз, швыряло и никак не могло выбросить. На краткий миг успокаивалось и начиналось всё сначала. Не знаю, сколько я пробыла в таком состоянии, но когда открыла глаза – вокруг было темно. Я решила, что потеряла зрение, но немного привыкнув к темноте, начала различать силуэты предметов. Значит, просто сейчас ночь.

Провела пальцами по показавшейся грубой ткани, подняла руки и… опустила их на живот. Захлебнулась в немом крике и утонула в ледяном холоде осознания своей потери. Живота не было. Дышать не хотелось, словно из меня ушла жизнь, и я снова провалилась в бездушное беспамятство.

Где-то на задворках сознания я слышала голоса, ощущала, что моё тело протирали чем-то тёплым, послушно делала несколько глотков и совершенно не чувствовала боли от уколов. Я ничего не чувствовала, кроме пустоты. Возвращаться в мир мне было не за чем. Слёзы сами текли из глаз, не переставая, пока очередная порция успокоительного не выкидывала меня в спасительное забытьё.

Я снова проснулась. На этот раз большая просторная комната была залита солнечным светом, но легче не стало. Осознание потери тяжёлым молотом ударило по вискам, и, не в силах сдерживать эмоции, я разрыдалась.

– Надя! – Моё имя не сразу вернуло меня в сознание.

Меня обнимали крепкие сильные руки, прижимая к мужской груди.

– Тише, тише, моя родная. Всё позади. – Лёша гладил меня по спине, успокаивая.