Цена мира. Родить от врага

А еще рациональность склоняла к тому, что вероятность моей беременности крайне мала. Даже если я вырвала таблетку, поза для зачатия была не самой удачной, и попытка у меня была всего одна…

Да. Я проиграла еще в тот момент, когда начала эту игру.

Внезапный шум вырвал сознание из спасительного сна, которого я все же дождалась. Едва я открыла глаза, как меня ослепил свет, приводящий в дезориентацию. Но мне все же удалось увидеть Вадима Астахова, который грозной скалой стоял у закрытой двери.

Гулкий стук сердца разрядом прошел в груди, окончательно пробуждая меня. Однако я решила встретить свою судьбу достойно. Устало посмотрела на одеяло, отвела его в сторону и, стараясь не морщиться от боли, поднялась с кровати. Оправив на себе халат, я посмотрела прямо в холодные глаза хозяина дома, а еще заставила себя расправить плечи, чтобы не выглядеть жалко.

– Ну, давай же, – вымученно произнесла я, едва улыбнувшись. – Делай то… что собрался делать."

"Нервная дрожь пронеслась по телу. Астахов резко сдвинулся с места, точно зверь, которому сказали «фас», но я запретила себе отступить даже на миллиметр. Только глаза закрыла, потому что в них наверняка отразился страх. Хотя внутри я приготовилась ко всему…

Ощутив совсем рядом терпкий запах одеколона и тепло мужского тела, я не выдержала. Распахнула глаза и чуть не отшатнулась, столкнувшись с взглядом Астахова сверху. Он стоял вплотную ко мне, слегка сведя брови, словно что-то взвешивая в голове. А через секунду я почувствовала, что мой халат дернулся.

По телу прошло оцепенение. Растерянно уронив голову, я увидела, что мужские руки не спеша и ловко распускают пояс на моей талии. От замешательства я просто остолбенела. Последнее, о чем бы могла подумать, что бандит примет такое решение! И это после того, как Астахов убеждал, что я последняя, кого бы он стал… трахать.

Я, наверное, должна была сопротивляться или хоть что-то возразить. Но не находила ни сил, ни смысла. Только прикрыла руками обнаженную грудь, когда хозяин дома окончательно снял с меня халат и отбросил его, как тряпку.

На коже тут же выступили мурашки, а в горле собрался предательский ком.

Будь ты проклят…

Мерзкое, унизительное чувство пропитало меня насквозь, принуждая низко опускать голову. Астахов обхватил мою руку выше локтя, и я до боли куснула губу, понимая, что он хочет убрать ее от груди. Однако вместо этого бандит неожиданно повернул меня, игнорируя болезненный стон, и прикоснулся к синяку на ребрах.

Вздрогнув от простреливающей боли, я тут же отпрянула в сторону. Но Астахов непреклонно притянул меня к себе, продолжая исследовать пальцами травмированный бок. Напряженная с головы до пят, я едва сносила то, что бандит делал, отпуская рваное дыхание.