Самоход. «Прощай, Родина!»

«Шерман» имел мелкозвездчатые траки, на каждом – резиновая вставка, и потому шумел он слабо. Однако на обледенелой дороге или на укатанном снегу был как корова на льду, все норовил развернуться и съехать в кювет. Из-за высоты и, конечно, высокого центра тяжести при таких съездах он опрокидывался набок. Если Т-34 мог развернуться на месте, то «шерман» для аналогичного маневра требовал площадку минимум 13 метров длиной и шириной. Но именно из «шермана» был подбит «тигр» танкового немецкого аса Михаэля Виттмана, а сам он при этом был убит.

Две недели личный состав бригады изучал танки и белил их известью для маскировки.

Необычный силуэт танка первое время приводил к трагическим случайностям – их обстреливали из пушек наши артиллеристы и бомбили штурмовики, принимая за немецкие.

Танковые «иномарки» имели на вооружении многие части: 1-й механизированный корпус, 5-я гвардейская танковая бригада, 37-я бригада, 26-й танковый корпус и другие. Часть личного состава пересела на «шерманы» с английских танков или американских «генерал Ли», значительно уступавших М4А2.

Имевшие практику на других танках, танкисты освоили «шерманы» быстро. Направлена бригада была на Юго-Западный фронт. Передвигались по ночам, своим ходом. На марше в полной мере оценили комфорт – мягкий ход, малую шумность, простор в боевом отделении. Даже пробковый подбой брони понравился, при касании руки не примерзали к броне. Но гусеницы подвели: то один танк, то другой кружились на дороге и съезжали в кюветы. Слава богу, никто не перевернулся. Колонну остановили, подтянули полевую мастерскую, на траки наварили железные болты как эрзац-грунтозацепы. Получилось не очень изящно, но роль свою они выполнили хорошо.

Виктор не чувствовал себя среди танкистов чужаком. Немного другая тактика да поворотная башня – вот и все отличия от самоходки. По уставу самоходки идут в бою за танками, вторым эшелоном, поддерживая атаку огнем. У самоходки более мощные пушки, но слабее бронирование. Премудрость невелика. Хуже было, что экипаж из новобранцев, необстрелянный, не нюхавший пороха.

Что еще облегчало боевую работу в «шермане» – все танки имели мощные радиостанции. Связь в бою – великое дело; правда, на марше пользоваться рациями было запрещено, у немцев была отлично организована служба радиоперехвата. Опытные «слухачи» распознавали работающих на рациях радистов и могли засечь передвижение подразделений.

Бригада прибыла в указанный район – в нескольких километрах от передовой. Для начала замаскировали танки – зимой это сделать сложнее, чем летом.

Судя по оживлению в тылу и активному движению по рокадам, готовилось наступление.

Уже в боевых условиях Виктор понял: большая высота танка – беда для экипажа.