Сила рода

Ядовитая змея проиграет бизону по мощности, но не по смертоносности.

Так что полный ярости взгляд женщина встретила спокойно и даже улыбнулась.

– Вы искали меня, супруг мой?

Сейчас вежливость выглядела издевательством, но Алаис не втаптывала в грязь поверженного противника. Просто она не хотела опускаться до его уровня и поливать мужа площадной бранью.

А ее вылилось в ответ достаточно. Если бы за каждое слово хоть по медяку давали, так Алаис и разбогатела бы. Маританцы аж заслушались, чувствовался в речах Таламира большой военный опыт. Так сказать, у солдатского костра набранный.

И приличными там были только предлоги.

Таламир ругался, а все молча стояли и ждали. И мужчина осознал это и заткнулся.

Глава рода Ирт сделал жест рукой, и в пещеру втолкнули еще одного человека.

Барона Ланора Алаис не видела ни разу в жизни, и тем противнее было сознавать, что вот это лишило ее родных. Да, он ведь тоже почти как Таламир…

Гадко. Просто гадко.

Кто им дал такое право?

А это они сейчас выяснят…

Алаис хотела спросить, но Луис сжал ее руку, и несколько не замеченных ранее палачей выступили из темного угла.

Раз – и с барона снята вся одежда, вплоть до кальсон.

Два – и он вздернут на дыбу рядом с Таламиром.

Три – и откуда-то достаются иголки, взблескивает пламя в очаге… палачи работают холодно и сосредоточенно, не увлекаясь, не проявляя лишних эмоций…

– Зачем? – шепнула Алаис, кое-как отгораживаясь Луисом от жутковатой сцены.

– Мясо надо помариновать перед готовкой. Сговорчивее будет.

– А вдруг он и так рассказал бы?

– Так надежнее. – Магистр заслонил Алаис с другой стороны. – Зря вы это затеяли…

– Это мой долг перед родом.

Такой аргумент герцог понимал, а потому махнул рукой.

– Думаю, сегодня вы раздадите все долги.

Алаис и не сомневалась. В крови бурлило нечто… горячее, злое, яростное, незнакомое… не сразу она догадалась, что испытывает чувства той, прежней Алаис. Еще до появления в ней чужой души…

Таламир убил ее родных. Здесь и сейчас она могла отомстить – и требовала свое. Алаис поклялась себе, что не отступит, – и крепко сжала руку Луиса. А предварительный этап тем временем закончился, и к барону шагнул дознаватель.

– Огюстен Николас Ланор, барон Ланор. Вы хоть понимаете…

Дознаватель поднял руку.

– Барон, мы все понимаем. Видите герцога? Он тоже все понял. И герцогиня Карнавон здесь, с нами. Так что вы уж расскажите нам все, что надо, а мы вас отпустим. Только врать не стоит…

– Отпустите? Так я и поверил…

– Правильно. – Алаис шагнула вперед. – Ты, мразь, моих родных приговорил. Я за них тебя сама… отпустить могут, уйти не успеешь.

И столько гнева было в ее глазах, столько горя, что барон не решился ерничать.