Щит рода

Маска невозмутимости треснула под напором эмоций от обладания столь редким существом, черные глаза заблестели от радости, а губы женщины растянулись в довольной ухмылке. Ведьма развернулась к телеге и беззвучно зашептала какое-то заклинание. У меня мурашки пошли по коже, когда Игнат вдруг зашевелился и сел. Неловким движением брат спустился с телеги и пошел к нам, подволакивая левую ногу. Неестественно прямой, бледный, Игнат походил на упыря, выбравшегося из могилы. Застывший, ничего не видящий взгляд только усугублял это впечатление.

– А… – я указала на брата и жестом попыталась выразить вопрос, который никак не формулировался.

– Приезжайте завтра, – с усмешкой заявила ведьма, – на рассвете. Ну не на себе же его тащить! – снизошла она до разъяснений, почуяв, что мое терпение на исходе.

Развернувшись, женщина направилась в противоположную от дороги сторону. Игнат, как привязанный потопал следом.

Казалось бы, где в хвойном лесу затеряться? Да, в сумерках или в тумане видимость ухудшалась, но как можно исчезнуть из поля зрения, углубившись в лес всего на пару метров, я так и не поняла. Только что смотрела вслед уходящей паре, моргнула, и вот уже никого нет. Судя по ошеломленным лицам Ивана с Егоркой, они так же не поняли, куда вдруг подевалась ведьма с нашим спутником.

– Слышали? Она сказала, времени у нас до рассвета, – я вернулась к ребятам и забралась на телегу. – Нужно запастись продуктами в дорогу и найти место для ночлега. Или кто-то хочет остаться до утра?

– Нет, – оба мальчишки, большой и маленький, замотали головами.

– Страшно здеся, мочи нет терпеть! – выдал пацаненок. – Я на «Буране» так не спужался, как туточки. Боярышня, а энта ведьма нашего барина кудыть увела? Сожрет ведь!

– Не сожрет! – заверила я Егорку, – а подлечит и завтра вернет, будет как новенький. Ну что, едем?

– Не доверяю я ей, – высказал сомнения Иван. – А вдруг ведьма еще какую хворь на учителя подсадит?

– Не подсадит! Я об этом позабочусь! Что скажешь, поблизости есть деревенька, чтобы закупить продуктов и переночевать?

– Хутор Гнилой в двух часах пути к северо-востоку. Там все останавливаются на постой, кто к ведьме за помощью пришел. Но я бы рискнул вернуться в Глушин. Младшие ученики сейчас живут по соседям, нужно предупредить, чтобы возвращались по домам.

Что-то зацепило в том, каким тоном Иван сказал об учениках и возвращении в Глушин. Еще и взгляд тоскливый бросил на рукояти своих мечей в походной сумке, а потом лошадку подстегнул, чтобы бежала резвее. Не сразу, но я догадалась о причинах такого настроения. Еще в Суздали подметила, что Игнат стеснен в средствах. Да и потом он говорил, что придется возвращать плату родителям, которые внесли деньги за обучение вперед.