Еще одна из рода Болейн (Другая Болейн)

Ткань, расстеленная на коленях, спадает на пол голубыми волнами, осталось вышить лишь маленький кусочек.

— Не интересуешься танцами? Ты, молодая вдова? Разве у тебя нет поклонников?

— Нет, ваше величество.

— Пора отцу подыскать тебе нового мужа. — Она явно утверждает очевидное. — Он уже говорил с тобой?

Покачала головой:

— Нет, ваше величество, наши дела… — Не могу закончить фразу, как подобает придворной даме. — Наши дела расстроены.

Королева Екатерина смеется от всей души.

— Об этом-то я и не подумала, — соглашается она. — Большой риск для жениха! Кто знает, как высоко он может подняться — или как низко пасть.

Печально улыбаюсь, показываю корешок книги:

— Почитать вам, ваше величество?

— Думаешь, я в безопасности? — вдруг спрашивает королева. — Предупредишь, если будет угроза для жизни?

— Какая угроза?

— Яд.

Меня бьет озноб, весенний вечер вдруг становится сырым и холодным.

— Наступают мрачные времена, очень мрачные.

— Знаю. А все так хорошо начиналось.

Королева никому, кроме меня, не сказала о своих опасениях, но придворные дамы заметили — прежде чем начать завтрак, она дает кусочек борзой собаке по кличке Фло. Одна из фрейлин, Джейн Сеймур,

[27]заявила — борзая растолстеет, и, вообще, нельзя приучать собаку есть со стола. Кто-то со смехом заметил: любовь собачки, вот и все, что осталось у королевы. Я промолчала. Только подумала — почему бы не пробовать пищу на одной из них. Лишиться Джейн Сеймур — небольшая потеря.

Когда пришло известие — принцесса Мария нездорова, моя первая мысль, как и у королевы, — ее милую, умную дочь отравили. Возможно, моя сестра.

— Она очень больна. — Королева читала письмо от врача. — Боже мой, уже восемь дней! У нее рвота.

Забыв об этикете, я схватила ее за руку. Рука дрожала так, что хрустела бумага.

— Это не яд, — прошептала настойчиво. — Кто выиграет от ее смерти?

— Она моя наследница. — Лицо королевы белее листа бумаги. — А если Анна отравила ее, чтобы заставить меня уйти в монастырь?

Я только головой покачала. Кто знает, на что теперь способна Анна.

— Как бы то ни было, я еду к ней, — шагнула вперед и распахнула дверь. — Где сейчас король?

— Позвольте мне поискать его. Не можете же вы сами бегать по дворцу.

— Нет, конечно, — простонала она с болью. — Я даже не могу пойти к нему и попросить позволения навестить нашу дочь. Вдруг эта женщина скажет „нет“?

Что ей ответить? Королева Англии в отчаянии молит мою выскочку-сестру позволить ей навестить собственную дочь, старшую дочь короля, — это уже слишком даже для нынешнего перевернутого вверх дном мира.

— Она тут ни при чем, ваше величество. Король любит принцессу Марию и не захочет оставить ее, больную, без попечения матери.

Анна уже знает о болезни принцессы. Она теперь знает все.