Проклятый Лекарь. Род (СИ)

Легенду состряпал на коленке и сказал сдавленным голосом:

— Учитель, я не знаю никаких “Стремительных ударов”, тем более ничего, что связано с техникой разведки его величества. Кто ж расскажет о таком? Тому, как держаться в бою, меня научил отец. Он сказал, что на одном из конфликтов спас военного, и тот в благодарность показал, как можно защищаться от магов. Сами же видите, мы лекари, никакой боевой магии. Я с самого детства учился и старался не показывать то, что умею, но в последнее время стал настолько популярным, чуть ли не до смерти, — и попытался выдавить улыбку.

* * *Сергей изучал Ивара, что-то в его словах было. Отца этого парня он видел, правильный мужик, повоевал не меньше его, участвовал в самых крупных конфликтах. Да и среди служивых про него хорошо отзываются. Чугунцов лично знал парочку человек, которых спас этот лекарь. И то, что за это ему могли рассказать и научить “стремительным ударам”, похоже на правду. Все-таки долг жизни — очень дорогая вещица, и просто так не выплатить.

Сейчас Сергей изучал поведение паренька. Под таким давлением любой аристократ бы сдался. Неженки не терпят настоящей боли, а уж как быстро они ломаются на допросах. Конечно, это не касается тех, кто не боится войны и сражений. А этот сопляк сейчас придавлен почти тремястами килограммами и даже не рыпается, не умоляет. Отвечает спокойно, будто его так учили.

Потом Чугунцов вспомнил дело Дарка. Он никогда не покидал Великой Российской империи, значит, шпионом ему сложно быть. Учился хорошо, но случались постоянные драки, точнее, избиения его. Что очень странно, всю жизнь получал тумаки, а сейчас использует “смертельные удары”…

Сергей убрал “Чугунную чашу” — одно из любимых плетений в магии, которое очень хорошо помогает сделать из врагов красивую такую кровавую лепешку. Понятно, что на Иваре он использовал всего процентов десять-пятнадцать от ее мощи. Но паренек — молодец, не сопля, как многие тут.

Теперь вопрос: что с ним делать? Чугунцов думал, что он шпион, и, если сдаст его имперской разведке или допросникам, то это шанс на службу. А сейчас что? Ну, расскажет он о нем, а дальше? Ивар поведает свою историю. Если окажется, что кто-то научил его отца секретным наработкам Великой Русской империи, сколько голов полетит? Страшно подумать, там и этого солдата, и его командира, и тех, кто повыше, знатно за жабры возьмут.

Понятно, что Дарков больше как рода не будет. Но в расследовании и документах его фамилия будет фигурировать, а это черная метка не только на службе у его величества, но и в армии. Потом только в личные тренеры идти. Не хочется ставить крест на том, что с таким трудом получилось достичь во время военных конфликтов.

Больно складно рассказывает Ивар. Возьмут на карандаш, и все тут, будут следить вполглаза.