Эхо 13 Род Которого Нет. Том 1

Хотелось поймать её взгляд ещё раз — убедиться, что улыбка была не просто игрой света, а осознанной подколкой. И заодно понять, что именно она готовит для этой «утренней тренировки».

Я неторопливо доел завтрак, наслаждаясь тем, что могу жевать без боли. Отставив поднос, поднялся с кровати и осторожно размял плечи, спину, ноги — всё двигалось свободно, легко, будто вчерашнего дня и всех боёв вовсе не было. Ни одного укола, ни одного ноющего сустава. Даже дыхание было ровным.

У выхода из лазарета меня ждал аккуратно сложенный спортивный костюм. Чёрный, базовый, из мягкого хлопка — такой, чтобы тело дышало во время тренировки и не прело. В комплект входила и лёгкая хлопковая футболка, чтобы впитывать пот. Скинув больничную робу, я переоделся, наслаждаясь ощущением удобной одежды, которая не стесняла движений.

Место, найденное предками, отвары Якова или всё вместе? Не знаю. Но результат ощущался и в теле, и глубже — в Эхо. Оно будто перестало быть изломанным, неровным; в глубине я мог ухватить тонкие плетения, простейшие, но уже подвластные. Крохи магии, которые можно использовать.

Я выдохнул и направился к двери.

Милена уже ждала меня в коридоре, успев переодеться в облегающий спортивный костюм, подчёркивающий каждую плавную линию её тела. Ткань плотно обтягивала бёдра и талию, подчёркивая изгибы, а тонкая молния на груди открывала намёк на ложбинку между упругими формами третьего-четвёртого размера. Раньше я не мог толком рассмотреть её — то она была в платье, то я приходил в себя после боя, а в полумраке лазарета, где свет приглушён нарочно, чтобы люди больше отдыхали, чем бодрствовали, всё терялось в тенях. Теперь же, при дневном свете, передо мной стояла женщина с подтянутым телом, длинными стройными ногами, тонкой талией и аккуратной, но вызывающей зависть задницей. Белые волосы, собранные в тугой хвост, оттеняли миловидное лицо с мягкими, но ярко выраженными чертами: чуть припухлые, манящие губы, прямой нос, дерзкий изгиб бровей. Ещё недавно её волосы имели иной оттенок, вероятно, из-за мутации, а сейчас стали почти снежно-белыми с лёгким золотистым отливом, придавая её образу холодную притягательность.

— Готов? — спросила она, заметив мой взгляд.

— Готов, — ответил я, отмечая про себя, что смотреть на неё теперь… совсем другое дело. В голове мелькнула сухая аналитическая оценка: в моём мире такую девушку точно не оставили бы без внимания — она бы либо блистала на подиуме, либо работала в элитном эскорте Ниццы, либо была женой богатого банкира или депутата. И, что любопытно, это желание смотреть на неё с вожделением не было продиктовано гормонами тела шестнадцатилетнего подростка, в котором я сейчас живу.