Робкий ангел возмездия

Человек, наблюдавший романтический ужин при свечах через окно, решил, что парочка переместилась в спальню на второй этаж, и, еще днем приметив на заднем дворе лестницу, он решил не отступать и полез вверх. Ноги дрожали, а врожденная боязнь высоты заставляла сердце выпрыгивать из груди.

С другой стороны Фома, взяв на изготовку ружье и пригнувшись, медленно ступая, словно кот, шаг за шагом обходил периметр дома. По его подсчетам, за углом должен был стоять этот негодяй. Услышав встречные шаги, он присел под лестницу, стоящую возле стены, и затаился, негодяй, выглянув из-за угла, направился почему-то в сторону бани. Поняв, что надо срочно действовать, Фома с криками «стоять» выстрелил в воздух. Но после выстрела все пошло не по плану, сверху кто-то закричал бешеным криком, и лестница с каким-то грузом упала прямо на стоящего с поднятыми руками негодяя. Последний почему-то до боли знакомым голосом закричал «Помогите».

* * *– Вы его убили, – выпучив глаза, сказала Маня, – нас посадят.

– Во-первых, он жив, а во-вторых, я не знал, что он сидит на лестнице, я думал, что он – это вы, и просто пытался напугать его, зачем вы надели мой тулуп?

– Да кто он-то? – спросила Маня.

– А я почём знаю? Дядя Митя сказал, что новый жилец поселился у него, каждый вечер подглядывает за нами, вот я и хотел его поймать, так сказать, на живца, оставил вас дома и пошёл его ловить, – они стояли над лежащим у их ног мужчины в темном дворе, который не подсвечивали даже окна дома. – Но вы же не посидите ни минуты, у вас же свербит, – Фома поднял и потащил этого доходягу в дом на руках, а Маня в ступоре бежала рядом, повторяя:

– Нас посадят, точно посадят, – на крыльце в дом она обернулась к Фоме, что шёл следом, неся на руках злодея, и на полном серьёзе спросила:

– А вы меня дождетесь?

– Откуда? – не понял Фома.

– Из тюрьмы, – пояснила Маня.

– Но ведь вы говорите, что сядем вместе, – попытался рассуждать и не рассмеяться Фома. – Я, возможно, подольше посижу, ведь стрелял я, это я вас должен спросить – вы дождетесь?

– На меня можете полностью рассчитывать, – без тени улыбки произнесла Маня, – я вас сорок лет ждала.

– Знаете, я не уверен, у вас что ни день, то приключение, и вообще, если вы не заметили, у меня на руках раненый, довольно тяжелый. Открывайте дверь, а с нашей арестантской судьбой чуть позже разберемся. Может, я сейчас его спасу – и всё обойдется, не забывайте, я врач."

"В доме по-прежнему горели лишь свечи, Фома положил раненого на диван и скомандовал:

– Быстро мне полотенце, теплую воду, пинцет и что-нибудь спиртосодержащее из ваших запасов.

Пока Маня умчалась за всем этим наверх, Фома включил свет и задул свечи, некоторые прогорели почти полностью, и у них слезла фольга, оголив буквы «ХВ».