Робин Уильямс. Грустный комик, который заставил мир смеяться

Прорыв произошел в конце 1972 года, когда Робина отобрали на роль профессионального вора-карманника Фейгина в рождественской постановке «Приключений Оливера Твиста». «Время, предшествовавшее постановке, было настоящей каторгой, потому что у нас был новый пульт управления освещением, который вытворял что-то непонятное, из-за чего репетиции регулярно срывались, – рассказывал Данн. – Один прогон растянулся до полуночи, все были на взводе, особенно я». Но тут Данн вдалеке от сцены увидел Робина, который «стоял у пианино, в руке у него была палочка, похожая на барабанную, и он с ней разговаривал. А она ему отвечала». На протяжении двадцати минут Робин и палочка общались, шутили и спорили друг с другом – естественно, Робин говорил за обоих, а актеры и вся остальная команда потихоньку превратились в зрителей. Когда наконец Данн пришел в 2 часа ночи домой, то разбудил жену, чтобы сказать: «Сегодня я видел, как один парень вытворяет такое, чего я никогда в своей жизни не видел. Он точно далеко пойдет».

В своем отзыве на «Приключения Оливера Твиста» Daily Independent Journal написала: «Звезда вечера Робин Уильямс был незабываем в роли Фейгина. Это высший пилотаж… Настоящее удовольствие наблюдать, как за последние годы молодые таланты приобретают статус профессионалов».

Когда Робин жил с родителями, то постоянно был на мели и занимал деньги у коллег. Спрашивать при встрече, когда же он отдаст пять долларов, стало традиционной шуткой.

Однако не все находились под влиянием непокорного магнетизма парня. Джоэль Блам, актер и одноклассник Робина, описывал его так: «Он был приятным парнем, милахой. Но в то же время часто работал на публику, хотя это тоже очаровывало». В конце он подытожил: «Сложно сказать, каким он был»."

"По мнению Блама Робину не хватало навыков общения, он не мог просто поддержать беседу или поболтать о всякой ерунде, когда все были под кайфом. «Когда я с ним болтал, – рассказывал Блам, – то беседа длилась максимум десять секунд. А затем Робин перевоплощался в какого-нибудь персонажа и полностью менялся. Он буквально с ума сходил от этого процесса, а потом просто уходил».

В 1971 году они с Робином были в числе тех студентов колледжа Marin, которых пригласили принять участие в «Укрощении строптивой» – постановке Данна в западном стиле, принявшей участие в Эдинбургском фестивале, где они завоевали первый приз и по королевскому указу сыграли перед принцессой Маргарет, сестрой королевы Елизаветы II. Блам рассказывал, что во время перелета из Сан-Франциско в Шотландию они с Робином сидели рядом и за все время не обмолвились друг с другом ни словом. Все двенадцать часов. «И не потому, что он не нравился мне или я ему. Просто он был тихим парнем. Говорить было не о чем».