Роберт Говард. Избранные произведения в 8 томах

— Эй! — вдруг опомнился игрок другой команды, Билл Старк. — Вели ему счас же сесть! Он ошибся! Ведь «Катерина» всю жисть начиналась с буквы «К»!

— Но он прочел в точности так, как написано в книге! — с достоинством ответил я. — Можешь поглядеть сам!

— И не подумаю никуда глядеть! — в бешенстве заорал Билл, ловко вышибив ногой из моих рук «Французскую графиню». — Это подлая опечатка! Вы все счас же должны признать, что «Катерина» начинается с буквы «К», или на полу появится еще одна лужа крови! Клинтон произнес слово неправильно и должен немедленно сесть на место! А ежели он не сядет добровольно, так уж наверняка ляжет! Потому как я пристрелю его на месте!

— Что-то никак не возьму в толк, кто тут у нас судья! — заревел я, начиная понемногу выходить из себя. — Прежде чем застрелить кого-нибудь еще, подлая гиена, тебе сначала придется пристрелить меня!

— С превеликим удовольствием! — яростно зарычал Старк и потянулся за револьвером…

Сами понимаете, дурень поставил меня просто в безвыходное положение. Пришлось хорошенько врезать ему по челюсти, после чего он, рухнув на составленные вместе скамейки, тут же мирно задремал среди кучи ихних обломков. Увидав такое дело, Гусь Уилкерсон пронзительно взвизгнул и принялся изо всех сил колотить меня по спине своими жалкими кулачками.

— Да чтобы черти на семнадцать с половиной частей разодрали твою бессмертную душу, Брек! — истошно вопил он. — Счас же прекрати гнусное избиение моих сторонников! В конце концов, на кого ты работаешь, на меня или на этого подлого Хокинса!

— Хо-хо-хо! — зашелся в приступе громового хохота Хокинс. — Уах-ха-ха! Я настаиваю на незамедлительном продолжении столь замечательного представления! Настолько потешного шоу мне еще не случалось видеть за всю мою жизнь!

— Бум-мм! — с треском отворилась входная дверь будущей мэрии, и на пороге возник неистово размахивавший обрезом старина Джейк Хансон.

— Добро пожаловать на наш замечательный фестиваль, Джейк! — приветствовал я достойного патриарха. — А куда же ты подевал подлого Мургатройда?..

— Ты скунс и сын вонючего скунса! — неожиданно заявил Джейк, импульсивно разрядив в моем направлении оба ствола.

Дробь из старенького ружьишка почти равномерно рассеялась по всему помещению. Не думаю, чтобы на мою долю пришлось больше пяти или шести картечин. Все остальное щедро распределилось среди зрителей.

Трудно даже представить себе, какой тогда поднялся в зале вой!

— Какого дьявола?! — взвизгнул первым пришедший в себя Гусак Уилкерсон. — Ты что, рехнулся? И куда ты подевал нашего Змеюку?

— Он удрал! — обливаясь горючими слезами, завопил не своим голосом старик Хансон.