Роберт Говард. Избранные произведения в 8 томах

Облегченно вздохнув, я оставил Мешака приглядывать за моим несчастным братом, а сам, вместе с Латимером, вышел за двери и уселся на крылечке, дабы немного передохнуть и малость поостыть.

— Послушайте, Прохвессор, а почему Мешак не стал распрягать ваш кабриолет? — сурово спросил я.

— Как?! Неужели вы полагаете, что мы должны задержаться здесь на всю ночь? — с ужасом произнес Латимер.

— На всю ночь? — переспросил я. — Черта лысого на всю ночь! Вы пробудете здесь с нами ровно до тех пор, покуда мой любимый двоюродный брат не излечится окончательно. Даже ежели на это потребуется целый год! Надеюсь, Прохвессор, вам окажется не в тягость изготовить еще малость вашего чудесного эликсира, коли нам вдруг не хватит тех десяти галлонов?

— Другими словами, вы хотите сказать, что нам и впредь предстоит по три раза на дню сражаться с этим безумным маньяком так, как это было сегодня? — жалобно пискнул Латимер.

— Ну-у… — Мне хотелось чуть-чуть приободрить совсем упавшего духом Прохвессора. — Может быть, мой родич будет буйствовать чуть поменьше, когда ваше чудесное средство наконец окажет свое целительное воздействие… Нам никак нельзя терять надежду!

Слушая меня, Латимер постепенно багровел; по-моему, еще немного, и с ним случился бы припадок удушья, но тут из домика раздался такой невероятный рев, что даже у меня волосы встали дыбом. Это братец Медведь вновь обрел свой голос. Дверь распахнулась, и из дома выскочил Мешак, причем уже внутри он успел набрать такую скорость, что, с разбегу налетев на Латимера, отбросил Прохвессора во двор, а сам, прокатившись кубарем ровно семнадцать с половиной футов, рухнул на тело своего босса. Следом за Мешаком из дома вихрем вылетела мартышка.

— Хош-пгпади! — верещал Мешак, с невероятной ловкостью карабкаясь следом за мартышкой на самое высокое дерево, какое нашлось поблизости от дома. — Тот сюмашедший манияк прорвал толштенный канат, как вшо равно бумаш-шную бишовку! Шчас он пудет уше ждесь и канепшо ше раждавит вшех наш, как ш-шалких мошкитоф!

Я ринулся внутрь дома, где обнаружил Медведя Бакнера в бешенстве катавшимся по полу и изрыгавшим настолько кошмарные проклятия и богохульства, каких я никогда от него не слышал. Вдобавок, к ужасу своему, я увидел что ему действительно удалось порвать часть веревок, отчего его левая рука оказалась на свободе. Я прыгнул вперед и всем телом навалился на эту руку, но в течение нескольких ужасно долгих минут ничего не мог поделать, кроме как висеть на ней, покуда мой братец совершенно непринужденно размахивал ею, с легкостью мотая мое тело туда-сюда по всему дому. Наконец мне чудом удалось совладать с этой жуткой рукой, после чего я снова крепко-накрепко примотал ее канатом к телу братца Медведя.