Роберт Говард. Избранные произведения в 8 томах

Полуночная тьма сменилась предрассветными сумерками. В руках колдуна сейчас был длинный посох, вырезанный из черного, весьма странного на вид дерева. Верхний его конец венчал массивный набалдашник в виде головы кошки, нижний конец представлял собой острие. Всю поверхность дерева покрывала поразительная резьба, какую доводилось видеть англичанину. Удивительные узоры чем-то напомнили Кейну те, что он видел в проклятом Негари.

— Величайший талисман вуду, — гордо пояснил Н'Лонга, торжественно вручая посох англичанину. — Твоя верить, что он спасать тебя, когда не помогать ни длинный нож, ни боевые жезлы. — Он кивнул на оружие пуританина. — Когда твой нуждаться в мой совет, положить на посох грудь, скрестить руки и уснуть. Мой дух приходить и помогать тебе.

Опять колдовство? Кейн подозрительно взвесил кадуцей на руке. Посох оказался не слишком тяжелым, но, судя по всему, твердостью не уступал железу. Кейн одобрительно хмыкнул — пускай Н'Лонга сколько хочет распинается насчет его волшебных свойств, но это и впрямь была полезная вещь — и верная опора, и доброе оружие.

Тем временем первые лучи солнца тронули верхушки деревьев. Начинался новый день.

Человек остановился и внимательно огляделся по сторонам. Позади него — как раз на расстоянии хорошего броска копьем — зеленой стеной возвышались пышные джунгли, впереди цепью вздымались голые, неприветливые холмы, усеянные крупными валунами, а вокруг расстилалась саванна, на которой соседствовали отдельные лесные деревья, корявые кусты и колючие кактусы. Немилосердно палило солнце, и в раскаленном мареве казалось, что вершины холмов вздымаются и опадают, подобно морским волнам.

Соломон Кейн перекинул мушкет из-за спины на бок и положил правую руку на приклад. Его запавшие глаза, натянувшаяся на скулах кожа, изрядно потрепанное платье — все свидетельствовало о длительном и многотрудном путешествии через леса.

Путник настороженно всматривался в неестественно тихий ландшафт—слишком уж плотной была тишина. Единственным свидетельством, что здесь была какая-никакая жизнь, служили стервятники, лениво парившие над холмами в теплых струях восходящих воздушных потоков. Кейн еще пару дней назад обратил внимание на многочисленность племени крылатых пожирателей падали. Но сейчас они воспринимались как дурное предзнаменование.

Несмотря на то что солнце перевалило за полдень, мощь его слепящих лучей ничуть не уменьшилась. Соломон отер пот со лба и двинулся вперед, не убирая руки с приклада. Он шел без конкретной цели, просто брел себе куда глаза глядят. Здесь, посредине страны, даже не нанесенной на карту, все направления были равноценны.

Вот уже несколько месяцев он совершал странное паломничество в глубь Африканского континента.