Риверстейн

– Гм… Ну, если дословно с древнего языка гор, то это звучит так… – Он набрал в грудь побольше воздуха и выдал: – Дева, ликом прекрасная, как горная вершина, сердцем горячая, как жар земли, хрупкая, словно первый снег, и стойкая, яко сталь!

– Как красиво! – потрясенно произнесла я. – Свободный народ еще и великие стихотворцы!

Неожиданно за столом повисла тишина. Я чуть испуганно обернулась. Ох, святые старцы! Может, я оскорбила этих мужчин? Может, назвать воинов стихотворцами – унижение?

Дагамар вскочил. И заорал так, что я подпрыгнула:

– Великодушная нея оценила талант детей гор! Нея назвала нас великими стихотворцами! За нею!

– За нею! – дружно и радостно возопили гномы.

И, ну конечно же, снова треснули кулаками по столу! И тот все же не выдержал столь мощного и многократного напора и пошел трещиной!

– Гюст, тащи мой шувыр! – громогласно потребовал Дагамар, отшвыривая обглоданную кость.

Краем глаза я заметила, как лорд Даррелл в мнимом ужасе прикрыл глаза, и приготовилась к худшему. Но оказалось, что шувыр – это всего лишь музыкальный инструмент, похожий на надутый бурдюк с торчащими из него оловянными трубками.

Дагамар важно отодвинулся, поглаживая пузырь, пока безбородые спешно отодвигали треснувший стол, не обращая внимания на тех, кто не успел доесть. Впрочем, еду не убрали, и желающие просто передвинулись вместе с лавками. Остальные же застыли в центре зала, словно в ожидании.

Еще пару мгновений Дагамар значительно поглаживал бороду, свой странный бурдюк, хитро щурил глаза, а потом поднес одну из трубочек ко рту и изо всех сил подул!

Дикие протяжные звуки наполнили зал! И тут же все гномы слаженно подпрыгнули, топнули, хлопнули и издали громогласное «Ух!». И снова: длинный звук шувара, подскок, хлопок и еще более громкое «Хей!».

Я завороженно наблюдала этот дикий танец, оглушенная, ошеломленная, и неожиданно для себя принялась отбивать его странный ритм и тоже притопывать, словно загадочный бурдюк с трубочками был зачарованным!

И в странных звуках его мне чудилась песня неукротимых и свободных гор, так как слышу ее я и наверняка Дагамар.

Ксенька, уже не сдерживаясь, откровенно приплясывала, и гномы с хохотом схватили ее за руки, затащили в круг. Данила помялся, но эль кружил голову, и он не выдержал, тоже подскочил и стал неумело притопывать, высоко вскидывая длинные ноги.

И я совершенно не ожидала, что меня схватит за руку всегда такой благоразумный лорд Даррелл и потащит в круг, радостно улыбаясь.

– Идем, – крикнул он мне почти в ухо, чтобы я хоть что-то услышала в царящем вокруг грохоте, – идем, это весело!

Я с подозрением заглянула в блестящие ореховые глаза.