Риверстейн

Я не верила, не хотела верить! Смотрела в его глаза, непроницаемые, затянутые тьмой, в которых не было ни единой искры света, и… не верила. В его жестоком лице не было ничего, что мне так хотелось увидеть, только холод."

"– Тогда зачем ты приходишь ко мне? – в отчаянии крикнула я. – Зачем? Я знаю, что это не сон… не сны… Хоть ты и заставляешь меня так думать! Зачем?

Жесткое лицо чуть дрогнуло. Он сжал мои плечи, смуглые пальцы оставляли синяки на коже.

– Потому что не могу бороться с этим. Не могу задавить желание… видеть тебя. Это слияние, Ветряна. Твоя кровь оказалась сильнее, чем я думал, я невыносимо хочу… Хочу быть с тобой.

Он разжал руки, словно осознав, что делает мне больно, нежно провел ладонью по моему плечу.

– Но я тоже этого хочу, – прошептала я.

– Глупая девочка. Ты просто не понимаешь. Но ты все поймешь и захочешь это разорвать, освободиться от меня. И я сделаю это. Конечно сделаю, – сказал он. Пальцы его медленно чертили узор на моей шее, медленно поглаживали спину. – И ты перестанешь так на меня смотреть. И так чувствовать. И больше никогда не бросишься спасать меня из русалочьего озера…

Я мотнула головой:

– Нет…

Арххаррион склонился ко мне. Так близко. Я чувствовала его дыхание на моих губах.

– Да, Ветряна, да. Ты возненавидишь меня за все. И за то, что так чувствовала… И за это – тоже.

Его губы накрыли мои. Жесткие, как я и думала. И теплые. И целует он грубо, даже зло, как хозяин врывается в свою собственность, не чувствуя сопротивления, не слыша моего стона. Он только подхлестывает его, распаляет, и горячие руки сжимают мое тело столь яростно, словно он хочет сломать, раздавить, уничтожить меня. Сильные пальцы нетерпеливо и жадно гладят мою спину, скользят по шее, зарываются в волосы. Он накручивает прядь моих волос на руку, заставляя меня откинуть голову, на миг отрывается от губ и обжигает яростным поцелуем шею, оставляя болезненные отметины. И снова – губы. Держит меня, подчиняет. Его тело горячее, словно пламя, и я знаю, что сгорю в нем, как глупый мотылек, слишком близко подлетевший к огню.

Мне страшно и больно от этой звериной, яростной силы, ломающей меня.

– Не надо…

Я пытаюсь вырваться, отталкиваю его. Хочу сказать, что не надо – так. И как-то робко провожу ладонью по его щеке, отчего демон вздрагивает, словно я его ударила. Тяжело втягивает воздух и хватает мою руку, прижимает к себе. И снова целует. И этот поцелуй такой порочный, такой откровенный и жадный, какой я не могла представить даже в самых стыдливых фантазиях! И там точно никогда не было такого, как он, – темноволосого, яростного, огненного… Темного и соблазняющего, подчиняющего и требующего. Демона. И с какой-то предвкушающей ясностью я понимаю, что он не хочет останавливаться. Не хочет отпускать… Не отпустит.