Ритуал для призыва профессора (СИ)

Подумай хорошо, какой мужчина все же предпочтительней: аристократ, который сможет дать тебе стабильность, защиту, обеспечить маленькими женскими радостями, или равнодушный храмовник, который тебя опробует и выплюнет, хорошо, если не брюхатой. Я предлагаю стать моей постоянной любовницей. Продай себя подороже, Ирина.

Все! Моему терпению пришел конец. Я еще собой не торговала!

Схватив горячий казан, я, размахнувшись, швырнула им в мужчину. Душу жгли непролитые слезы. Да что это такое!!! Раньше по мне Алексей катался, а теперь и эти в очередь выстраиваются. Продавать я им себя должна, одному за дорого, а второму за бесплатно!

— Пошел вон! — прорычала я, не обращая внимания ни на пролитую на пол воду, ни на покатившийся казанок. — Убирайся и никогда не подходи ко мне ближе одного метра. Ненавижу!

Меня по-тихому начинало трясти. Ну, надо же, в любовницы меня пригласили. Милость оказали. Кланяться в ножки за почести такие наверное должна!

— Ирина, что же ты все так близко к сердцу воспринимаешь, — пропел этот гаденыш. Поняв, что моя злость достигла своего предела, я бегло осмотрелась. На глаза мне попалась монтировка из багажника моего авто. Никогда не понимала, зачем она там валяется, а вот теперь, смотри-ка, пригодилась. Подхватив мощную железяку, я угрожающе замахнулась, и в этот момент поняла — прибью эту самодовольную рожу, не задумываясь, и еще и на теплом трупике спляшу твист.

Кажется, декана все-таки проняло!

Оценив моё зверское выражение лица и размер арматуры в моих руках, ДолСоу неспешно удалился, оставив меня наедине с моими мыслями. На прощание, он не удержался и послал мне воздушный поцелуй, добив окончательно.

У меня душу разрывало от его слов.

Надо же! Какая честь мне оказана была! В подстилки к господину аристократу позвали, простыни попой греть! Ну, хоть врать о большой и вечной любви не стал. И за то кланяюсь до земли.

А Хаул?! Перед моими глазами встал его образ рядом с этой грудастой уборщицей, которая спокойно касалась и ластилась к нему, не опасаясь быть отвергнутой.

Я снова ощутила себя глупой молоденькой девушкой, что на первом курсе не могла отвести взгляд от своего одногруппника. Вспомнила то чувство восторга, что ощутила, когда он впервые поцеловал меня у подъездной двери.

Сейчас я испытывала тот же трепет при мысли о студенте ДартФао. Вспоминая, как он обнимал меня вот в этой комнате, я чувствовала странный жар и смущение. Я снова влюблялась не в того. Совсем не в того.

Еле передвигая ноги, я, бросив монтировку на запаску, пристроенную с кучей неразобранных вещей в углу, подняла казанок и швырнула его на печь. Развернув один из мешочков, вынула очищенную морковь и, сев прямо на пол около лужи, принялась ее грызть.

По лицу стекали крупные слезинки, но я игнорировала их.