Ритуал для призыва профессора (СИ)

Я же покраснела еще больше, понимая, что такой компромат, как камасутра в иллюстрациях, и нарочно не придумаешь.

— Моего бывшего жениха, — опустив взгляд на пол, попыталась отнекаться от книженции, при этом я так стеснялась, что прикусила нижнюю губу.

Стыдобище какое!

— У вас был жених? Вы расстались? — Хаул незаметно видимо даже для себя перескакивал в общении со мной с ""ты"" на ""вы"" и обратно.

— Мы расстались несколько дней назад, — пробормотала я, уже и, не зная, куда себя девать.

— И насколько серьезны были отношения? — ДартФао выглядел недовольным. Весь этот разговор все более напоминал мне допрос. И вопросы произносились таким тоном, что не ответить было сложно.

— Десять лет встречались, я готовилась стать его женой, — мой голос был совсем тих. Вспоминать Алексея не хотелось. Он остался там: в другом мире, в другой жизни, в ином времени и даже пространстве. А у меня теперь иная судьба, без него.

— Значит, вы его любите? И это его книга? — голос ДартФао стал просто ледяным.

— Нет, не люблю, — неожиданно резко выпалила я, — и подобные книги допустимы в нашем обществе. Ничего сверхъестественного я там не вижу.

Лукавила, конечно, но сейчас мне хотелось выкрутиться и закрыть столь щекотливую тему.

— Что у тебя там, Хаул? — любопытство все-таки победило, и ректор поспешил проверить, что же такого интересного нашел храмовник. Книга захлопнулась перед самым носом старика.

— Это я изымаю, — резко ответил молодой человек и засунул камасутру подмышку. — Что-то подобное тут еще есть?

Я понимала его реакцию на книгу. Но не знала, как себя вести с таким Хаулом ДартФао, холодным и чуточку жутким. Какой же он многоликий, и где его истинная сущность — непонятно. Он, то представал передо мной открытым простым молодым человеком, то превращался в суровую замкнутую глыбу льда. И каждый раз эти метаморфозы в его поведении происходили так быстро, что я терялась

— Не знаю. Я собирала все книги, что имелись у меня дома. Там может быть и что-то Алексея. Я не вглядывалась что беру, — честно призналась я, и, заметя у одного стеллажа с книгами стул, прошла и села.

Все-таки лучше держать с этим мнимым студентом дистанцию. Он не так прост. Да, притягательный мужчина, чуточку обаятельный, немного наглый, черствый местами, и такой странный.

Хаул нахмурился еще больше. Он принялся тщательней проверять все содержимое сумки, пока снова не замер с очередной книгой в руках. Я даже смотреть не хотела, что там. Все ждала, когда же он о чем-нибудь спросит. Но он молчал и листал то, что разложил перед собой, закрывая обзор и мне, и Фигру.

— Ирина, подойди, пожалуйста, — просьба Хаула заставила меня снова подняться, — возьми отсюда те картины, на которых дорогие тебе люди — остальное я заберу.