Полночный ритуал

Дома бывает с трех часов дня, а до этой поры – она у себя на работе. Кстати, друг мой Стасушка, ты, я вижу, побриться сегодня не успел, туфли просят гуталина… – отметил Гуров, окинув его критичным взглядом. – Вот тебе мой «дежурный» станок, марш в санузел бриться. А это – мои крем и щетка. О! Вон даже аэрозоль для ухода за кожаными изделиями завалялся. Бери! Ну, рубашка у тебя свежая, джинсы чистые, а вот ветровка смотрится как-то не очень… Давай, приступай к наведению лоска!

Взяв у него бритвенный станок, Стас повертел его в руках и иронично резюмировал:

– Ты меня как будто свататься снаряжаешь… К чему все эти понты?

– Видишь ли… Вот пойдешь ты разбираться с тем обалдуем. Выходит к тебе бандюга – начищенный, холеный… А перед ним опер – заросший, в пыльных туфлях, как это было в девяностые, когда зарплату давали раз в полгода. Унылое зрелище! Себя он будет чувствовать королем, а тебя воспринимать как нищее недоразумение. А должно быть наоборот! Приехал опер – блестящий, завидный, уверенный. И к тебе выходит он – плюгавенький, занюханный… Ты уже победитель!

Почесав затылок, Крячко издал азартное «х-хе-е-е!» и добавил:

– Умеешь ты, Лева, спровоцировать… Лады! Ща буду как денди лондонский!

Ровно в пятнадцать ноль-ноль к КПП поселка Колуново на сверкающем, пусть и старой модели, «Мерседесе» подъехал атлетического вида гражданин в хотя и потертой, но очень свежего вида кожаной ветровке и «президентских» темных очках. Ступая по пыльному асфальту начищенными до зеркального блеска ботинками, он подошел к насторожившимся охранникам и, показав «корочку», небрежно заметил, указав взглядом на прилегающую к воротам территорию:

– Что ж не подметете? Скоро грязи будет по колено!

Старший охраны, выпрямившись, пообещал:

– Сделаем обязательно! – и тут же осведомился: – А вы, простите, к кому?

– Стрельцова Полина Семеновна, Изумрудная, шестнадцать.

– Добро пожаловать! – кивнул охранник, и шлагбаум пошел вверх, открывая дорогу в сторону утопающих в зелени шикарных вилл и великолепных коттеджей.

Быстро найдя улицу Изумрудную, Крячко направился к дому номер шестнадцать. Им оказалась богатая, двухэтажная вилла, в окружении ограждения, сложенного из разноцветного камня. В просторный двор вели узорчатые кованые ворота, по обе стороны которых от ограждения к дороге тянулись широкие, аккуратно подстриженные газоны. В самом дворе кучерявились яркими цветами клумбы, шелестели листвой березы и каштаны… Подойдя к калитке, встроенной в ограждение сбоку от ворот, Станислав нажал на кнопку домофона, снабженного камерой видеонаблюдения.

– Да? Кто там? – раздался из динамика хотя и суховатый, но относительно приятный женский голос.