Ритуал (ЛП)

— Я провожу тебя, — затем оставляет меня наедине с Прикеттом.

— Я…

— Уходи, Прикетт, — я закончил этот разговор.

Он опускает голову, потирая затылок.

— Я просто надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, Раят. Мне бы не хотелось, чтобы ты зашел так далеко и потерял все из-за куска задницы, — затем тоже поворачивается и уходит, оставляя меня в бешенстве.

Час спустя я сажусь в частный самолет моего отца, когда у меня в кармане звонит мобильный. Усевшись в белое кожаное кресло, я вижу, что это номер, который не сохранен и не показывает имени. Не редкость.

— Алло? — отвечаю я.

— Привет, Раят.

Я сразу же узнаю его голос и сажусь в кресло ровнее. Я не разговаривал с ним с тех пор, как виделся посреди ночи в его офисе, когда он сказал мне выбрать Блейкли.

— Сэр…

— Я слышал, что сегодня утром в доме Лордов возникли проблемы.

Я скрежещу зубами. Откуда, черт возьми, он знает? Прикетт и Ганнер могут не понимать, что я сделал, но они не крысы. В зале больше никого не было. И я знаю, что Сара не знает, что произошло. Остается только одна возможность. Мэтт! Он уже рассказал все своему папочке. Может, он думает, что если ему удастся лишить меня титула Лорда, то он быстрее получит Блейкли. Может, это и был его план с самого начала. Пойти к Блейкли, угрожать ей, думая, что она побежит ко мне, а я нападу на него. Черт, если это и был его план, то я его подтолкнул и дал ему именно то, что он хотел."

"— Да, сэр. Этого больше не повторится, — вру я. Мэтт должен усвоить урок. Если мне придется сделать это снова, то так тому и быть. Я приму эти последствия, когда придет время.

— В этом нет необходимости, — говорит он пренебрежительно.

Я хмурюсь и повторяю.

— Нет необходимости?

— Да. Я не знаю подробностей, да и мне это не важно. Но просто чтобы у нас было взаимопонимание, — он делает паузу и прочищает горло. — Ты делаешь все, что, черт возьми, необходимо, чтобы держать его подальше от нее. А я позабочусь о том, чтобы об этих надоедливых слухах ничего не было слышно.

На моем лице появляется улыбка. Что, черт возьми, Мэтт сделал, чтобы разозлить этого человека?

— Я ясно выразился? — спрашивает он в ответ на мое молчание.

— Да, сэр.

Щелчок.

Я откидываюсь назад, когда двигатели самолета оживают, и эта улыбка становится еще шире, отчего у меня болят щеки. Эта игра только что стала намного веселее.

***

Лимузин подъезжает к фасаду викторианского особняка на севере штата Нью-Йорк, где я вырос.

Я выхожу, беру сумку и поднимаюсь по ступенькам. Не успеваю дойти до последней, как дверь распахивается. Моя мама вскрикивает, закрывает рот руками и бежит ко мне.

— Раят! — кричит она слишком громко мне в ухо, крепко обнимая меня.

Я бросаю свою сумку, чтобы обнять ее в ответ.

— Привет, мам.