Ришик или Личная собственность медведя (СИ)

- Да иди ты, - фыркнула ему девушка в грудь. И, порывисто обняв, отстранилась, глядя на него снизу вверх и даже улыбаясь вполне правдоподобно. – Можно подумать, твоя байкерская светлость не вкурила, от чего так зверствовала «милая» Зиночка. Гнобили ее внучка при жизни, вот она сейчас и отыгралась на всех разом. А что до наших типа отношений и положений в обществе, так то явно дело десятое. Один вопрос… неужели он реально настолько хреновый был, что вы его всем классом дружно ненавидели?

- Не представляешь, насколько, - откровенно поморщился Мих, не желая вспоминать своего жеманного и истеричного бывшего соседа, который доводил его до белого каления одним своим видом. Видение тощей фигуры в одних обтягивающих штанишках и фартуке на голое тело, заявившееся к нему «в гости» как-то поутру, по-моему, до сих пор преследовало владельца «Максимуса» в кошмарных снах.

- Оу, - цокнула языком Анька. И, взлохматив ярко-медные кудри, снова улыбнулась. – Суду всё ясно, однако. Знаешь, Мих… Я как бы не в обиде. Знала, на что шла. А вот перед остальными надо бы извиниться.

- Не вопрос, - просто кивнул Алёхин.

- Ладно, пошлёпала я снимать эти орудия пыток в надежде получить ортопедический оргазм, - хихикнула Солнцева, указывая на свои туфли с высоким каблуком – Пока мои кеды там от зависти не сдохли. Спокойной ночи, что ли… Надеюсь, что потрясений на сегодня больше не предвидится.

- А уж как я-то на это надеюсь, - проворчал байкер и, дождавшись, пока его соседка войдет в лифт парковки, который вел только до первого этажа, забрался в родимый внедорожник.

Уж он-то прекрасно понял, что Чудище имело ввиду, ведь именно ей на этом гребаном приеме перепало, как никому другому. И если оскорбления и унижения из уст бабулькиной подруги не слишком ее заколебали, но новость о помолвках Исаева с Воронцовой и Полонского с дочерью главы корейского конгломерата явно выбила ее из колеи.

На Демьяна было как-то откровенно плевать, Лександрыч даже порадовался – теперь-то рыжая его к себе и на шаг не подпустит. А вот как будет оправдываться Богдан, и что предпримет дальше, вопрос, конечно, интересный…

Впрочем, наплевать. Задумываться над чужими проблемами хотелось меньше всего, особенно сейчас."

"Выезжая с подземной стоянки, Миха не чувствовал уже не злости, ни раздражения, ни обиды на горячо любимую родственницу. Пока на него навалилась лишь дикая, какая-то свинцовая усталость, из-за которой не хотелось ни рассуждать, ни думать вообще.

Единственным желанием было и оставалось увидеть своего Ришика, забрать, увести к себе и заставить ее забыть обо всем, что произошло сегодня.