Ришик или Личная собственность медведя (СИ)

- Что ты такое говоришь?

- Бабуль, - вздохнув, он откинулся на спинку стула, говоря спокойно и очень серьезно. - Я очень тебя люблю. Но еще одно оскорбление в адрес моих друзей ,моей невесты или ее подруг - и ты меня здесь больше не увидишь.

Та сразу не нашлась что ответить.

- Какая прелесть, - едко прокомментировала внезапный поворот событий вторая женщина. - Наденька, а внук-то твой с гонором, оказывается. Не удивительно, в такой-то компании...

Харлей медленно и угрожающе стал подниматься из-за стола. Накалившуюся вмиг обстановку разрядил звонок мобильника Олега. Извинившись и коротко поговорив, начальник службы безопасности поднялся:

- Вынужден покинуть вашу теплую по все смыслах компанию. Проблемы по работе требуют моего срочного вмешательства. Прошу меня простить. Ариш, пойдем.

Я с радостью приняла протянутую руку, правда, поднимаясь из-за стола с величайшей осторожностью.

- Пожалуй, сей «ужин» я тоже предпочту любимой работе, - усмехнулся Харлей, тоже вставая. Мих, свидимся. Мадам?

Эльза спокойно приняла поданную ей руку. Одевались мы в молчании и нас даже ни кто не вышел провожать... Наверное, это и к лучшему. Не знаю, что я сейчас могла сказать, а главное, как вообще бы смогла смотреть Мише в глаза.

Мысли путались в один несвязный хоровод, и только на улице стало немного легче. Холодный ноябрьский воздух заметно отрезвлял, хотя не столько уж я и выпила, чтобы быть пьяной.

Голова шла кругом совершенно от другого.

- Тебя домой? - спросил байкер, едва мы оказались всё в той же машине, на которой приехали сюда.

- Нет, - тихо ответила, зажмуривая глаза, обнимая себя за плечи, устало прислоняясь головой к оконному стеклу. - В клуб, если можно. Я... с Лёшкой поеду.

- Понимаю, - усмехнулся вдруг Олег, развалившийся рядом на сидении. – Миху видеть ты в ближайшее время не захочешь после этой головомойки. Так?

-Я... не знаю, - я замялась, не зная, как ответить на такую постановку вопроса.

Больше всего я хотела бы сейчас стянуть эти опостылевшие туфли, выпить обезболивающее и лечь спать, не думая ни о каком приеме и о том, что на нем было. И я четко понимала, что если усну в уже привычном для себя месте, то есть у Миши дома, на его плече... Да всё равно мне, что там говорила его бабушка вместе с этой неприятной женщиной.

Владелец «Максимуса» уж точно никогда не пойдет на брак по расчету или по родительской указке. Более того, я уверена, что еще до окончания вечера они с Аней во всем признаются, наплевав на последствия и все приложенные труды к сокрытию их тайны.

Он не будет терпеть, просто не сможет, как и его соседка. Я даже не знаю, радует меня это или огорчает, но...

Не будь мне так плохо, может быть увещевания Зинаиды и сработали бы до конца,и я снова задумалась о разнице положений.