Изменники Рима

Отряды дворцовой стражи мчались вверх и вниз по реке, а два дня назад через город прошел царский вестник. Он заявил, что царь объявил награду за поимку людей, сбежавших из дворцовых темниц в Ктесифоне. Ходят слухи, что они направляются к границе. И получите это, награда – пятьдесят тысяч драхм!

Демокл издал протяжный тихий свист и отказался встречаться взглядом с Катоном. - Пятьдесят тысяч драхм… Трахни меня.

- Что? - с отвращением посмотрел Перикл. - Пока на улице еще есть собаки?

Капитан на мгновение застыл, его глаза сузились от враждебного взгляда, затем ткнул трактирщика локтем в бок. - Старые – самые лучшие… Тем не менее, пятьдесят тысяч. Это могло обеспечить любого на всю жизнь. Есть какие-нибудь новости о том, что их схватили?

Перикл покачал тяжелыми щеками. - Нет, но могу поспорить, что они упадут на колени какому-нибудь удачливому ублюдку. Ну что ж, за работу, - он встал и указал пальцем на капитана. - Было приятно тебя увидеть, но не забывай, что на этот раз ты полностью оплатишь счет, прежде чем уехать. - Он похлопал по кошельку на своем поясе. - Я всегда могу использовать их в помощь для Эроса.

Демокл откинул плащ, обнажив куда более внушительных размеров кошель. - И я всегда рад заплатить, кузен.

Катон увидел, как глаза трактирщика расширились. Он слушал разговор между двумя греками с нарастающей тревогой, и потребовалось немало самообладания, чтобы сохранять нейтральное выражение лица.

Перикл кивнул товарищам капитана на прощание, затем повернулся, чтобы зашагать прочь через двор, крича музыкантам, чтобы те возвращались к работе. Катон внимательно следил за лицом Демокла и заметил расчетливый блеск в его глазах, когда он смотрел вниз, в свою кружку, болтая тем, что осталось от вина на дне. Барабанщик и человек с цимбалой завели быстрый ритм, а флейтист присоединился к простой мелодии.

Патракис рыгнул и встал. - Хорошая была капля. А теперь пора пойти и поднять мачту.

Он прокрался через столы к женщинам у входа в бордель, коротко поговорив с ними, прежде чем выбрать худощавую темноволосую женщину с короткими шрамами на ногах и последовать за ней внутрь. Демокл, который следил за сделкой своего члена экипажа, прищелкнул языком.

- Думаю, принимает все размеры, - пробормотал он."

"Капитан заказал еще один кувшин вина, но Катон и Аполлоний пили умеренно, не решаясь слишком много баловаться, услышав, что сказал трактирщик. Со своей стороны, Демокл не упомянул награду, когда он рассказывал о жизни на реке, добавляя иногда неуклюжую шутку-другую, чтобы сохранить легкое настроение. Катона это не обмануло, и он уже задавался вопросом, сколько еще они смогут доверять капитану и его команде. Он надеялся, что слух об их побеге не распространился так быстро.