Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

Возможно, проквестор отравил одни ягоды, а другие нет, но последнюю он нащупал, глядя на него, а не на блюдо. Цезарь подошел к столу, взял ягоду, поднес ко рту, с удовольствием прожевал и наконец проглотил. Выплюнув косточку в руку, он положил ее на тарелку рядом с блюдом.

– Они превосходны, – сказал он. – Будут хорошо продаваться. Такие деревья кажутся мне отличным вложением.

– Можешь идти. Завтра тебе вручат гражданский венок.

Цезарь попрощался по-военному и вышел из палатки.

Терм и Лукулл остались наедине.

– Я тебя не понимаю, – заметил Минуций Терм, не скрывая крайнего недоумения. – Ты прибыл на Лесбос, чтобы по приказу Суллы уничтожить этого Цезаря, а теперь собираешься его вознаградить. Сулла убьет тебя. Он убьет нас обоих, если я не смогу убедить тебя, что ты не имеешь права поступать, как тебе заблагорассудится.

Проквестор, казалось, не был обеспокоен замечаниями Терма. Он молча смотрел в свой опустевший кубок.

– Сулла мертв, – внезапно сказал Лукулл.

Минуций Терм застыл с открытым ртом.

– Помнишь посыльного, который прибыл на лодке? – Терм молчал. – Это была та самая новость, которую он привез из Рима.

Пропретор уставился в пол, потом поднял голову и снова обратился к начальнику:

– Значит… ты и вправду собираешься его наградить?

– Он спас римского гражданина, начальника, рискуя собственной жизнью. Вероятно, он спас жизни многим легионерам, ворвавшись в городские ворота, и, несомненно, именно его действия позволили нам взять Митилену. Он заслуживает гражданского венка. Я должен и дальше держать в узде Восток, это мой долг перед Сенатом. Неужели ты думаешь, что войска станут меня уважать, если я не вручу гражданский венок начальнику, который его заслужил? Неужели ты думаешь, что я смогу поддерживать порядок, если откажусь соблюдать армейские обычаи? Я требователен к своим людям, но обязан награждать их, когда они ведут себя как герои. А Цезарь – настоящий герой.

Лукулл почувствовал усталость, главным образом из-за того, что приходилось так подробно объяснять очевидные для него вещи.

Минуций Терм был вовсе не против награждения, особенно с учетом того, что бывший диктатор скончался. Теперь его больше волновала обстановка в целом.

– После смерти Суллы в Риме ничто не будет прежним, – заметил Терм. – Кто будет распоряжаться?

Лукулл соединил кончики пальцев обеих рук и начал рассказывать о состоянии государственных дел.

– Итак, старый Метелл сражается в Испании с мятежным популяром Серторием. В Риме расправляют крылья самые разнообразные орлы. Красс – один из них, но, по мне, сильнее всех Помпей.