Строгий режим

— У меня бельё постельное есть новое, можно постелить, — затараторил он, доставая комплект цветного постельного белья и нерешительно посмотрел на лежащего у стенки человека, который спал.

Бандера краем глаза посмотрел на Юрия, который наблюдал за этой сценой, и подумал, что коммерс может и расчувствоваться от поблажек, а вслед за ним и Юрий решит, что ему тоже всё можно.

— Белье — это хорошо, — протянул к нему руки Бандера и взял его, рассматривая со всех сторон. — Только зачем его стелить? Видишь же, постель нормальная. Лучше шторки сделаем с него для хаты…

Металлист опустил голову, побоявшись что-либо возразить, и стал снимать с себя верхнее бельё, чтобы лечь. Бандера удовлетворённо успел заметить, что Юрий отвёл от него взгляд и задумался.

«Ничё-ничё, придёт и твоя очередь», — подумал Бандера и бросил постельное бельё Петровичу.

— Подшей, чтобы шторки сделать, — сказал он ему и повернулся к Вано. — Отрежь кусок контрольки для шторок, натянем над окном.

Потом он опять лёг на шконку и посмотрел на малёк от Ольги. Он уже и сам поражался переменчивости своёго настроения и мыслей. Ещё недавно он искренне хотел помочь Ольге выйти на свободу, потому что в невиновности её и Юрия не сомневался. Ведь этот простак читался как открытая книга и не мог бы разыграть из себя жертву. А уже сейчас он думал, что для него будет лучше, если она будет сидеть. Свой эгоизм он сознавал, но оправдывал его серьёзными намерениями и уверенностью, что сможет сделать эту девушку более счастливой, чем если она будет с Юрием. Он уже на полном серьёзе строил планы на будущее, хотя хорошо помнил ту историю из первого срока, когда в зоне влюбился в учительницу с вечерней школы, а как только вышел за ворота, тут же выбросил её из головы. Но никакой параллели с этим случаем даже не проводил, потому что в зоне или в тюрьме многие зеки способны влюбиться в первую хоть более-менее симпатичную медичку или ещё кого-нибудь. Атакую девушку как Ольга Бандера и на воле бы не упустил и сделал бы всё возможное.

Сейчас же ему предстояло сделать невозможное, нужно было как-то предотвратить встречу Юрия с Ольгой и при этом без беспредела. Настроить всех против него он уже не успеет, оставалось всего несколько часов. Он даже не стал писать малёк Ольге и думал теперь только об одном. Но сколько бы он не размышлял, все его мысли сводились только к одному выходу: нужно было как-то технично подставить Юрия. И быстрый способ сделать это по-крупному на ум приходил только один: подкинуть ему деньги и обвинить в крысятничестве. Наказание за это будет суровым, но что поделаешь, любовь требует жертв. И к тому же теплых чувств к этому зажравшемуся сынку он не испытывал.