Мой ревнивый муж

Настолько дикой, что терпеть ее было пыткой.

– Тут ваши штуки не сработают! – сказал Максим внезапно охрипшим голосом. – Никакой автопром обвинить не получится. Тут я во всем виноват, понимаете? Я! Я ее довел до того, чтобы она, как преступница, от меня скрывалась, неизвестно, через что прошла. И мне уже не четыре года, мне двадцать восемь! Я своим взрослым мозгом это допустил. Я безмерно виноват перед Полиной за то, что у нее случился выкидыш…

Владлен Осипович немного помолчал, видно ждал, что Максим скажет что-то еще, но он уже все высказал.

– Мне очень жаль, что вам пришлось такое пережить. Потеря ребенка – страшная травма. Но вы уверены, что вы этому причина? Женский организм – сложная штука, иногда выкидыши просто случаются, даже если женщина находится дома при должном пригляде.

– Ну нет, – покачал головой Максим. – Я бы подумал так, останься она дома, находись под наблюдением врачей. Но она была в бегах, понимаете? Я искал ее полтора месяца, и все это время она скрывалась непонятно в каких условиях, ежедневно тряслась от страха. Вы представляете, какой это дикий стресс для беременной женщины? Все это гребаное приключение устроил ей я! А она так хотела ребенка, так его ждала… Мы оба ждали, оба потеряли.

– Может быть, вам станет легче, если вы с ней поговорите? – нашелся с ответом Владлен Осипович. – Скажете, как вам жаль, признаете, как были неправы.

Максим очень хотел бы это сделать. Но… Но.

– Единственное, о чем она меня попросила, – ответил он, чуть закашлявшись, – исчезнуть из ее жизни. Я исчез… Вы не представляете, чего мне стоило оставить ее в Москве и уехать. Это был ад, до сих пор ад. Она не хочет меня видеть! На кой ей сдались мои извинения за то, что я был ей хреновым мужем? Вот на кой?

– О, вы не поверите, – вдруг сказал Владлен Осипович. – Женщины годами мечтают услышать эти самые извинения от бывших мужей. Распространенная практика. Это поможет воцариться миру и в ее душе, и в вашей.

Максим давно смирился с тем, что мира в его душе уже не будет никогда.

Но вот Полина… Может быть, она, так же, как и он, до сих пор изо дня в день переживала ту ситуацию? Ведь для него не проходило и суток без того, чтобы не думал о потерянном ребенке, не горевал о нем.

– Все-таки я не хочу травмировать ее своим визитом, – покачал головой Максим. – Можно, конечно, позвонить, но она и слушать не будет. Просить прощения уже не вариант, док.

– Вы не обязаны перед ней извиняться, если не хотите этого, – пожал плечами Владлен Осипович.

Это высказывание отчего-то очень задело Максима.

Он впился взглядом в доктора и заявил с чувством:

– Очень хочу! Безумно хочу! Хоть как-то перед ней реабилитироваться.